Небо и земля. Том 2

Бледность, испарина. И голос слабый. Вот, выпейте, - протянул стакан с водой.

- Уверяю, мне гораздо лучше. Посижу немного и пойду. Нужно закончить перевод.

- Еще один эффективный способ самоубийства - загнать себя работой до смерти, - произнес весело Имар. - Я позвонил Оттину. Он скоро прибудет.

- Нет, пожалуйста! - Айями попыталась приподняться, и у неё закружилась голова. - Я в силах добраться до больницы. Не стоит беспокоить вашего доктора. Я пойду к Зоимэль.

Однако ж, Имар не унимался и настаивал на том, чтобы отнести её в больницу. На руках. К Оттину. И потребовал, чтобы впредь в обществе даганнов не упоминалось о врачах-дилетантах женского пола.

Имар наступал - Айями слабо сопротивлялась. Но тут вмешался В'Аррас и объявил, пресекая препирательства:

- Машина стоит внизу. Г'Оттин ждет.

И опять Имар вызвался сопровождать и поддерживать, но господин помощник ответил:

- Поступило указание. Сопровожу я.

А Имар не стал пререкаться, потому как идти против указаний вышестоящего начальства равносильно трибуналу.

В результате, когда Айями отлежалась и смогла подняться на ноги, её привезли прямиком к порогу больницы, причем В'Аррас организовал доставку пассажирки весьма оперативно. Пальто и сумку принесли в приемную, заведенная машина фырчала у крыльца, и Айями уселась на заднее сиденье под взглядами переводчиц, прилипших к окну.

- Очень неудобно получилось, - сказала она неуклюже. - Не стоило нарушать рабочий режим господина полковника.

- Его нет в городе, - ответил В'Аррас. Он занял место рядом с водителем и отвечал, не поворачивая головы.

В сопровождении господина помощника Айями прошла в больничное фойе и попала под прицел внимания дежурного. Езда заняла, от силы, пять минут, и пассажирка чувствовала бы себя ужасно неловко в сложившейся ситуации, но неловкость перевешивалась апатией и усталостью после обморока. Однако ж, Айями предприняла очередную попытку уклониться от визита к даганскому специалисту.

- Наверняка у господина доктора немерено дел. Я могу прийти в другой раз.

- Велено препроводить к Г'Оттину. О встрече условлено, - объявил господин помощник, и Айями не посмела ослушаться.

Даганский врач действительно ждал, но не тратил время впустую и мыл руки в раковине, щедро их намылив. Незнакомая медсестра-амидарейка, возившаяся с инструментами, взглянула с любопытством на Айями.

Кабинет как кабинет. Врачебный. Чистый и светлый. На работниках голубые халаты и шапочки. И медицинские перчатки. Флаконы и банки стоят в стеклянном шкафчике. На полке кастрюлька с надписью: ""Стерильно"". На этажерке - бинты, шприцы, скальпели и прочие режущие, колющие и пилящие приспособления. Вот тебе и необразованные дикари.

Доктор кивнул медсестре, и та вышла.

- Чья? - обратился к господину помощнику, глянув мельком на Айями.