Небо и земля. Том 2

Молча, незаметно, выверенными привычными движениями. И ни словом, ни жестом не показывали, что им противно видеть своих соплеменников в компании чужеземок.

Веч протянул полный бокал.

- Это слабое вино, - сказал со смешком, заметив замешательство Айями. Наверное, как и она, вспомнил тот вечер в клубе.

И правда, багряный напиток оказался приятен на вкус и аромат и не бил одуряюще хмелем в голову.

- Тогда вино было крепче? - спросила она со смущением.

- Намного крепче, - ответил Веч серьезно. - Иначе ты не пошла бы со мной наверх."

"Сказал - и привел Айями в смятение. Тот вечер стоит того, чтобы вспоминать о нем как можно реже. А лучше бы вообще забыть.

- Почему ваши женщины странно одеты? Необычная обувь, одежда... Почему напудрены и в париках? Неудобно, наверное. Жарко, - спросила Айями и осеклась. Не ляпнула ли лишнего?

Но Веч охотно объяснил:

- Потому что мехрем из дома встреч - свободные женщины и скоро поедут домой. Обувь скрывает их истинный рост, парики и краска на лице скрывают внешность, безразмерная одежда прячет тело. Наши женщины вернутся в Даганнию и без стыда посмотрят сородичам в глаза. Они приехали сюда по доброй воле, чтобы заработать, и вернутся домой не с пустыми руками. У нас нет насилия и принуждения. Мехрем из дома встреч никто не осудит, контракт держит ее имя в тайне. А если какая-нибудь вдовая даганка задумается о ребенке, ей выплатят дополнительное пособие, и она уедет в Даганнию до окончания контракта.

- И отец признает ребёнка? - спросила Айями, наблюдая, как даганка, несмотря на неудобное одеяние, ловко огибает столы с подносом в руках.

- Тут дело полюбовное. Как правило, даганки не претендуют на признание отцовства, но если родитель введет его в свой клан, это похвально. У нас никто не показывает пальцем на одиноких женщин с детьми. Неважно, есть у ребенка отец или нет. Наоборот, женщина, взявшая на себя ответственность за рождение младенца и воспитание в одиночку, достойна уважения. Ведь сейчас всё зависит от женщин, точнее, от того, как быстро восстановится население Даганнии.

Айями чуть не поперхнулась вином от воодушевления в прозвучавших словах. Наверное, и Веч успел приложить руку, точнее, другую часть тела к восстановлению численности населения.

Даганны шутили, смеялись, курили, накачивались вином. Расселись со своими спутницами за столами и начали произносить тосты. На даганском. Учитывая, что из присутствующих женщин разбирались в чужеземном языке только переводчицы, салютование бокалами и солидарные выкрики ""Хей!"" заставляли настороженных амидареек испуганно вздрагивать. И Оламирь не понимает в разговорном даганском, - с удивлением заметила Айями, обратив внимание на скучающую красотку.

И такое пренебрежение к амидарейкам было оскорбительно.