Благословение небес

План должен сработать, потому что, если у нее ничего не получится, этот стареющий любитель купидонов может стать ее мужем."

"— Мои дорогие, дорогие леди, — заворковал сэр Фрэнсис, стремительно двигаясь им навстречу, — ах, какой приятный долгожданный сюрприз! — Этикет требовал, чтобы он сперва поздоровался с более старшей леди, и потому он повернулся к Берте. Сэр Фрэнсис взял потную руку Берты и прижался к ней губами. — Позвольте представиться. Сэр Фрэнсис Белховен.

Леди Берта присела, глядя на него расширившимися от страха глазами и продолжая прижимать к лицу платок. К его несказанному удивлению, она ничего не ответила — не сказала, как ей приятно с ним познакомиться, не справилась о здоровье. Вместо этого она снова присела. И еще раз.

— В этом нет нужды, — сказал он, скрывая растерянность за чрезмерной веселостью, — я всего лишь рыцарь, не герцог и даже не граф.

Леди Берта присела еще раз, и Элизабет резко ткнула ее локтем в бок.

— Как жизнь? — наконец разомкнула уста полнотелая «леди». Элизабет предприняла слабую попытку оправдать поведение Берты.

— Моя тетя немножко… э-э-э… застенчива с незнакомыми, — произнесла она еле слышно.

При звуках тихого музыкального голоса Элизабет Кэмерон кровь снова заиграла в жилах сэра Фрэнсиса. Он нетерпеливо повернулся к своей будущей невесте и тут заметил, что это его бюст она прижимает к своей груди так бережно и с такой любовью. Он не мог сдержать удовольствия при виде этой картины.

— Я знал, что именно так все между нами и будет — без притворства и девичьей стыдливости, — с сияющим лицом объявил он, не замечая настороженного взгляда Элизабет, и взял из ее рук бюст. — Но, любовь моя, к чему ласкать холодный камень, в то время как перед вами я сам, так сказать, во плоти.

Элизабет онемела от подобного предложения и молча наблюдала, как он поставил бюст на место и выжидательно повернулся к ней, словно надеясь — а он действительно надеялся, — что она сейчас подойдет к нему и прижмет его лысеющую голову к своей груди. Ее ум отказывался работать в такой ситуации.

— Я… я хотела попросить вас об услуге, сэр Фрэнсис, — вдруг выпалила она.

— Все, что угодно, моя дорогая, — осипшим голосом проворковал он.

— Я бы хотела отдохнуть перед ужином. Он отступил с разочарованным видом, но потом вспомнил о приличиях и нехотя кивнул.

— Мы здесь ужинаем в половине девятого.

И тут сэр Фрэнсис впервые как следует разглядел ее. Воспоминания о прелестном лице и еще более прелестном теле Элизабет Камерон были так сильны, что до сих пор он видел перед собой только ту, прежнюю леди Элизабет. Теперь же он наконец заметил темное некрасивое платье и строгую прическу, скрывающую пышность волос. Взгляд его упал на висевший на ее шее железный крест, и он в ужасе отпрянул.