Благословение небес

— Кстати, раз уж ты здесь, — добавил он, когда они дошли до верхней ступеньки, — может быть, ты и сообщишь дворецкому о нашем прибытии? Меня он может не впустить.

Дункан взялся за дверной молоток и бросил на Яна лукавый взгляд.

— Вот видишь, даже не можешь прорваться в дом, а собирался обойтись без меня!

Ян промолчал, оставив этот укол без ответа. Через секунду дверь отворилась, и дворецкий приветливо посмотрел на Дункана, который назвал свое имя, потом перевел взгляд на Яна. Дункан решил, что грезит, когда увидел, что прямо ему в лицо летит тяжелая дубовая дверь. За секунду до того, как она встала на место, Ян протиснулся в узкую щель и ударил дверь плечом, при этом дворецкий отлетел в холл, срикошетив о стену.

— Скажи своей хозяйке, что я здесь, или я сам скажу ей об этом, — прорычал Ян.

Взъерошенный и взбешенный дворецкий смерил взглядом высокую плечистую фигуру Яна, затем повернулся и медленно пошел вперед, туда, откуда доносились приглушенные голоса.

Дункан удивленно приподнял одну бровь и саркастически заметил:

— Как мудро, что ты решил сперва снискать расположение слуг Элизабет.

Реакция в гостиной на сообщение Бентнера, что «здесь Торнтон, он силой ворвался в дом», оказалась различной. Вдовствующая герцогиня была в восторге, Джулиус испытал одновременно облегчение и тревогу, Александра насторожилась, а Элизабет, которая не могла дождаться, когда же дядя объявит ей, зачем явился, не знала, что и думать. И только Люсинда не выказала ни малейших признаков волнения, однако отложила шитье в сторону и выжидательно посмотрела на дверь.

— Проводи его сюда, Бентнер. — В наступившем молчании голос Джулиуса Камерона прозвучал неестественно громко.

Элизабет слегка удивилась, увидев рядом с Яном Дункана, но когда Ян, не глядя ни на кого, направился прямо к ней, пристально глядя ей в глаза, внезапно заволновалась.

— Надеюсь, вы уже оправились после вчерашнего испытания на балу? — ласково спросил он, поднося к губам ее руку.

Элизабет подумала, что он выглядит невероятно красивым в этой терракотовой визитке, плотно облегавшей широкие плечи, песочных брюках, обтягивавших длинные стройные ноги и кремовой шелковой рубашке, которая еще сильнее оттеняла его загорелое лицо и шею.

— Благодарю вас, вполне, — ответила она, стараясь не замечать поднимающееся по руке тепло от его поцелуя. Он еще на секунду задержал ее руку в своей, потом с сожалением отпустил, предоставив ей заняться процедурой представления гостей.

Несмотря на снедавшую ее тревогу, Элизабет рассмеялась про себя, когда представила обществу Дункана. Все присутствующие на минуту утратили дар речи — так же, как в свое время и она, — узнав, что ближайшим родственником этого дьявола Яна Торнтона является священнослужитель.