Не злите спецназ!

Удачного перелета!

— Я все понял, Центр. Подробный отчет по работе отряда в Таджикистане и Афганистане вам сегодня же отправит Хакер.

— Он будет кстати на совещании — да и в Кремле, пожалуй, тоже. Подадим, как говорится товар лицом… Ну все, Валера, до встречи!

В 2.50 началась посадка на «Ил-76», перевозивший груз из базы в Айни в Москву. У трапа самолета, как и договорились, Седов встретился с Трепановым.

— Ну, что, Седой, личный состав уже на борту?

— Так точно.

— Мне приказано задержаться здесь.

— Персональная задача?

— Пока не знаю. Утром Белоногов обещал уточнить задачу.

— За этим у нас дело не станет…

— Да уж… Ну, давай поднимайся и ты на борт.

— Удачи вам здесь!

Офицеры пожали друг другу руки, и Седов поднялся на борт «Ил-76». Ровно в 3.00, взревев двигателями и побежав по взлетно-посадочной полосе, самолет оторвался от бетонки и, задрав нос, резко начал набирать высоту, одновременно разворачиваясь на запад. В 7.15 «Ил-76» благополучно приземлился на подмосковном военном аэродроме. Встречал отряд подполковник Крылов. Он с радостной улыбкой подошел к Седову:

— А ну дай-ка я обниму тебя, дружище!..

— Может, сначала поздороваешься?

— Здорово, Седой, здорово!

Офицеры обнялись.

— Ну как здесь, в России? В столице? — спросил командир отряда.

— Да что здесь? Все нормально. Служим по распорядку дня, бегаем по штабу… Это у вас серьезная работа, а мы? Мы — как штатские, одни отчеты достали дальше некуда. Но вы тоже нервы в управлении потрепали, когда попали под прессинг «духов» у Турганского ущелья…

— Ну, допустим, никакого прессинга не было. Да, пришлось немного напрячься, принимая решения, но это дело обычное.

— Для тебя — обычное, а мы сидели в управлении на повышенной…

— Ничего, штабным работникам это полезно. Как супруга, сын?

— А что им будет? Лариса работает в своем институте, Максим учится. В последнее время трояков похватал да с пацанами вчера во дворе подрался. Из-за одноклассницы, прикидываешь? Максу всего двенадцать лет, а он уже девочку вечером провожает. Я в его годы не знал, как к девчонкам и подходить.

— Сейчас дети растут быстро. И взрослеют быстро. Хорошо это или плохо — вопрос, но то, что твой сын заступился за девушку, — это по-нашему.

— В меня пошел.

— Радуйся!

— Радуюсь… А почему ты о Галине не спрашиваешь. Или уже того?..

— Чего «того»?

— Забыл о ней?

— Не забыл. Как Галина?

— В полном порядке. Как-то даже мне позвонила, спросила, скоро ли ты вернешься. Понятно, отвечать ей я не мог — не имел права, да и не знал, на сколько затянется ваша командировка.

— Да? Это хорошо.

— Что хорошо?

— Все хорошо, Толик.