Не злите джинна из бутылки

Из-за плеча этой могучей тетки то и дело высовывалась лисья мордочка худенькой старушки, которая подскакивала, как теннисный мячик, и тонким голоском выкрикивала:

— Я третий раз прихожу! Я без талона не уйду!

Нечего было и думать закрыть сейчас окошко и уединиться с телефоном. Но сообщение нужно было передать так срочно, как только можно. Не зря Маргарита Павловна проработала много лет в регистратуре, она умела найти выход из любого положения.

— Та-ак! — протянула регистраторша. — Сейчас всех талонами обеспечим… не волнуйтесь, граждане… Вот ручка, расписывайтесь в порядке очереди… Женщина, вы ведь первая стоите? Распишитесь вот в этой клеточке… Сначала разборчиво фамилия и инициалы, потом подпись… Вот вам ручка…

Могучая тетка машинально потянулась к ручке, но в последний момент подозрительно уставилась на регистраторшу:

— А за что это я должна расписаться? Я никогда ни за что не расписываюсь!

— Да вы не беспокойтесь, женщина, что вы так переживаете? Это у нас новое указание, начальство распорядилось: перед тем как получить талон, все пациенты должны расписаться, что проинформированы насчет комиссии…

— Какой еще комиссии? Ничего не знаю ни про какую комиссию!

— Как это — не знаете? Вот сейчас у меня и узнаете. К вам в ближайшие три дня придет жилищная комиссия, насчет выявления излишков площади. У кого есть излишки, будут повышать квартплату или подселять беженцев из горячих точек…

— Каких еще беженцев? Какая еще квартплата? — Мощная тетка попятилась, отодвинув спиной всю очередь. — Ничего я подписывать не буду! Граждане, что же это творится?!

Через несколько секунд холл перед регистратурой опустел, как пляж в конце осени.

Регистраторша потянулась к полке, достала оттуда справочник «Здоровье школьника», открыла его на нужной странице, но потом передумала, махнула рукой и сняла телефонную трубку. Набрав знакомый номер, торопливо проговорила:

— Фирма «Рекламосервис»? Примите, пожалуйста, срочный заказ…

Крепенький мужичок в ладном комбинезоне с надписью «Рекламосервис» разгладил последний лист, наклеенный на щит, и полюбовался своей работой.

С огромного щита ему криво улыбался небритый тип с подбитым глазом. Широкая неприятная улыбка демонстрировала отсутствие во рту нескольких передних зубов. Надпись на щите, выполненная замысловатой славянской вязью, гласила: «Колян! Поздравляем тебя с условно-досрочным освобождением! Братва».

— Сразу видно — конкретный человек! — проговорил рекламщик и помахал водителю, чтобы тот спускал люльку.

В одном из окон шестнадцатиэтажного точечной застройки дома за работой сотрудников «Рекламосервиса» внимательно наблюдали.