Не злите джинна из бутылки

В душе Феликса боролись два очень сильных чувства: чувство долга, долга перед хозяином — и стремление к этой очаровательной особе, которая, несомненно, ждет именно его, Феликса, и готова предаться с ним любви…

Собственно говоря, удерживали кота на месте не столько чувство долга, не столько привязанность к хозяину, к этому старому толстяку, который только и знал, что сажал Феликса на колени и часами гладил его, не доставляя этим коту никакого удовольствия. Гораздо сильнее удерживала его привычка к комфорту и к хорошей еде. К тем самым кошачьим консервам и паровой форели.

Но запах кошечки… запах жаждущей любви особы противоположного пола… этот, как известно, основной инстинкт…

Сердце Феликса буквально разрывалось на две части.

И тут эта кошечка, это прелестное создание, подала голос.

Она мяукнула нежно и призывно, не оставляя никаких сомнений, что готова сию же минуту броситься в объятия Феликса.

Кот понял, откуда доносится ее любовный зов: с соседнего балкона.

До нее нужно было еще добраться, нужно было дойти по узкому карнизу, на головокружительной высоте — но разве это может остановить жаждущего любви кота?

Феликс был готов к любым подвигам, тем более что в глазах прелестной кошечки совершенный ради нее подвиг будет иметь несомненную ценность.

— Жди меня, моя красавица! — страстно мяукнул Феликс, выбираясь наружу и ловко перелезая на карниз. — Жди меня, я лечу к тебе на крыльях любви!

Это, разумеется, было поэтическим преувеличением. Феликс не летел, а осторожно шел по узкому карнизу, опасливо посматривая краем глаза вниз, туда, где на глубине пропасти передвигались маленькие человеческие фигурки и совсем уж крошечные фигурки собак и котов. Сорваться с карниза и рухнуть туда ему совсем не улыбалось, но Феликс был кот, а коты славятся своей ловкостью и умением лазать по самым узким и труднопроходимым путям. Так что не прошло и пяти минут, как он перепрыгнул с карниза на соседский балкон, где его действительно ждала маленькая серенькая кошечка.

Конечно, она была из простых, наверняка провела большую часть своей жизни на чердаках и помойках, но это только прибавляло ей пикантности и очарования в глазах Феликса. Издав победный вопль, он бросился навстречу своей любви.

Этот день стал одним из самых счастливых в его жизни.

В то же самое время к открытой форточке спустили с крыши корзинку, в которой сидел загримированный Аскольд. Леня спрятал в густой черной шерсти крошечный микрофон и на прощанье поцеловал кота в макушку.

Корзинка повисла перед окном.

Аскольд плавным, рассчитанным движением вспрыгнул на форточку.

Конечно, он слышал любовные вопли, доносящиеся с соседнего балкона… но не поддался соблазну: перед ним была серьезная задача, и хозяин знал, что он с этой задачей справится.