(не) Желанный покровитель

Бросив на комод коробку с обувкой, делаю шаг к встроенному шкафу-купе и чувствую, как земля уходит из-под ног.

Удрала, стерва, а я опять налажал!

Но открыв дверцу шкафа, выдыхаю облегченно. Детские вещички аккуратной стопкой лежат на одной полочке, а Анин халат и еще какие-то пакеты – на другой.

Здесь. Не уехали! Просто вышли из комнаты. Может, гулять сами отправились?

От последней мысли мне становится плохо. Куда тут самим идти? Разве что по парку побродить. А дальше хозпостройки, теплицы, озеро… клочок леса. Тут и заблудится недолго.

Сбегаю по лестнице вниз, быстро пересекаю широкий холл и влетаю на кухню, будто за мной черти гонятся.

Марфа вытирает со стола, а повариха Лена замешивает тесто. Больше никого на кухне нет.

- А где? – выталкиваю из себя, раздраженно глядя по сторонам.

- Во дворе гуляют, - кивает на окно Марфа. – Они сразу после завтрака вышли.

Выдыхаю облегченно. Усилием воли заставляю себя медленно подойти к высокому арочному окну, занавешенному кружевной гардиной. Через тонкий тюль смотрю на Аню и Асю, пытающихся слепить снежную бабу из выпавшего ночью снега. Вернее, Аня лепит, а Ася вокруг бегает.

- Подавать? – напряженно спрашивает Лена, собираясь положить на тарелку бекон и омлет.

- После, - отмахиваюсь я и, повинуясь внезапному порыву, выхожу на крыльцо служебного входа. В трениках и домашних тапках. Аня сразу замечает меня. Замирает на месте, держа в руках маленькую снежную голову.

- Здравствуйте, - кивает сдержанно.

Улыбаюсь ей в ответ, не предавая особого значения топоту за спиной. Лишь когда открывается сзади дверь, и мне на плечи падает куртка, изумленно поворачиваюсь к Марфе.

- Оденься, Глеб Саныч, - бухтит моя экономка. – Совсем обалдел, что ли?"

"Наверное, только Марфе сходят с рук такие выходки. На правах подруги детства и дочери моей няньки эта клуша позволяет себе многое. Видимо, моя любимая Никитична перед смертью попросила за мной присматривать.

- Спасибо, - киваю Марфе и уже собираюсь спуститься с крыльца, как рядом со мной опускаются старые потрепанные кроссовки.

- Обуйся сейчас же, - велит мне Марфа с интонацией Никитичны.

Послушно всовываю ноги в стоптанные саломоны и раздраженно бросаю.

- Оставь свои мансы…

Спускаюсь к девчонкам, безотрывно наблюдающим за моим одеванием на крыльце, и уже мысленно оправдываюсь перед Аней. Что-то пытаюсь рассказать о няньке и Марфе…

Но меня никто ни о чем не спрашивает. Аня лишь водружает голову снеговика на его плечи и пытается хоть как-то закрепить. Но замерзшие пальцы плохо слушаются.

- Помочь? – спрашиваю с улыбкой.

- Конечно, - кивает Аня, а Аська обнимает мать за ноги и прячется за спину.

- Придержи, - прошу свою несносную гостью. И быстро приминаю снег пальцами.

Даже припомнить не могу, когда последний раз возился в снегу.