(не) Желанный покровитель

И нажав на значок «определить местонахождение», с удивлением наблюдаю, как маленькая зеленая точка мчит по прямому, как шпала, проспекту в сторону городского кладбища.

«За какие такие грехи мне приходится нянчиться с тобой? – причитаю, как старая бабка. И понимаю, что влип по-крупному. Ну, кто еще попрется в сумерках на кладбище? Зачем? Соединить развалившиеся куски силой мысли?

- Не должен он был треснуть, - тяну задумчиво. – Там отличный черный мрамор стоит. Такой же, как и у моего отца. На том за пять лет ни единой царапинки. А этот почти три года простоял и лопнул. Странно как-то!

- Сейчас все плохо делают, шеф, - важно замечает Юра. – Кое-какеры, блин!

Снова просматриваю сообщения и, не найдя нужного, звоню Саньку. Может, у Ани еще одна трубка имеется?

- Аня по какому телефону с кладбищенскими говорила?"

"- Вроде как по городскому звонили… Ей из детского клуба принесли трубку. Это рядом с ее залом помещение…

- Саня, - вздыхаю горько. - Я тебя вроде за умного держал…

Слепым взглядом смотрю на кладбищенский серый забор и пытаюсь сообразить, кто стоит за этим странным звонком. Чувствую раздражение и глухую обиду.

«Что ж ты так, Анечка? Веришь, кому попало, только не мне!»

И как только Порш останавливается около знакомых ворот, выскакиваю из машины и как дурак несусь к Павкиной могиле. Сразу замечаю сгорбленную знакомую фигурку. Вижу, как подрагивают плечи. Плачет, наверное. И подойдя ближе, еле сдерживаюсь, чтоб не выматериться.

- Гребаные чижики, - выдыхаю, успев заменить отборную ругань первым попавшимся набором слов. Изумленно гляжу на азбитый пополам памятник. Тут точно вандалы побывали. Сам бы он так расколоться не смог.

- Какого ты сюда потащилась? – обрушиваюсь на Аню. – Я же запретил тебе!

- Вы нам никто, - мотает головой Аня и, захлебываясь слезами, без сил опускается на деревянную лавочку.

- Едем, нечего тут рассиживаться, - заявляю грозно. – Вставай. В машине поплачешь.

Я взбешен, твою мать! Как же я взбешен!

- Это какой безголовой нужно родиться, чтобы ближе к ночи прискакать на кладбище? Ты хоть соображаешь, что творишь, Аня?

- Так позвонили, - всхлипывает она. – И памятник разрушен…

- Это ловушка, девочка, - вздыхаю я. – Поднимайся, нужно поскорее убраться отсюда.

Аня смотрит на меня изумленными глазищами, но так и не двигается с места.

- Вы, правда, думаете?

- Уверен, - резко бросаю я. – Сама сообрази, у кого из кладбищенских мог оказаться номер твоего телефона. Или он был выбит у Павки на памятнике? – замечаю с усмешкой. – «Здесь покоится Павел Агурский, а его подруга скучает дома. И номерок». Так, что ли?

- Как вы смеете? – подскакивает она. Опаляет меня шалым взглядом. Ударяет кулачком по груди. Хладнокровно перехватываю руку. Притягиваю девчонку к себе.