(Не) замужем (СИ)

Рад, что оставил на мне отметку, что ли? Или, того хуже, сделал это специально?

– Ты еще свою грудь не видела, – нагло ухмыляется он.

Посмеивается и уходит очень собой при этом довольный.

Нет, он просто невозможен. Похоже, Давидян всерьез гордится всем, что между нами произошло.

Гад, нахал и сволочь! Обалденно сексуальная, эротичная, нежная… Ненавижу! Прибила бы…

Быстро запираю за ним дверь, поднимаю футболку, лифчик, разглядываю грудь.

И там засосы!

Но их-то никто никогда не увидит, а вот шея – другое дело.

Как я так на работу пойду? И зачем Давидян все это со мной провернул? Ему спать не с кем, что ли?

Глава 37. Далеко идущие выводы

Кристина

Я оглядываю спящих детей, внимательно присматриваюсь к каждому из десяти подопечных детского садика. Хочу понять, вправду спят или кто-то симулирует. Их на дневной сон еще попробуй уложи.

Киваю сама себе, убедившись, что действительно спят, и тихо выхожу из комнаты.

В коридоре меня поджидает Светлана.

– Долго ты, – причитает она. – Я уже сделала кофе, разложила по тарелочкам эклеры. Домашние, между прочим, вот этими вот руками сделанные.

С этими словами она демонстрирует мне свой маникюр с ярко-розовым лаком.

– Иду, иду, – шумно вздыхаю и ковыляю вслед за подругой.

– Крис, что с походкой? – она кривит губы.

Что-что? Страшная тайна, вот что.

У меня болят все мышцы. На бедрах так уж точно. А все потому, что вчера было с перебором непривычных активностей. И внутри такое ощущение, что во мне побывал не один Давидян, а рота солдат."

"К слову, ощущения один в один с теми, что я испытывала после выпускного. С той лишь разницей, что теперь-то я точно знаю, что причина тому вовсе не насилие, а неуемные хотелки. Причем как Рафаэля, так и мои.

Мы вчера, что называется, дорвались. Такое ощущение, что годами не занимались сексом, настолько сильно прорвало. Все потому, что у кого-то волшебные губы, руки и то, что в штанах тоже. Устоять было нереально. А впрочем, к своему стыду, я должна признать, что не особенно-то и пыталась.

– Все у меня в порядке с походкой, – ворчу на подругу.

Иду за ней до приемной.

Мы обе устраиваемся за столом перед монитором, где сразу включаем трансляцию с камеры наблюдения из детской комнаты. Бдим за спящими детьми.

Света пододвигает ко мне чашку кофе и бумажную тарелочку с симпатичным на вид румяным эклером.

– Угощайся, – говорит она. – Может, подобреешь. А то какая-то ты сегодня смурная.

– Спасибо, – пытаюсь улыбнуться.

Сама же гадаю, неужели это настолько очевидно, что я сегодня не в своей тарелке? Да и кто бы после такого остался в своей?

Делаю глоток кофе, хотя вкуса практически не чувствую. Откусываю кусочек от эклера. Сладкий, нежный крем хоть на секунду позволяет забыться.