(Не) замужем (СИ)

Ты же тогда не шутил, да?

А-а, ну все понятно. Кому-то просто понадобилась помощь.

Это уже наглость! Значит, как по-человечески поговорить со мной, выслушать – так фигу с маслом тебе, Рафаэль. А как что-то понадобилось – прибежала и теперь сверкает своими каре-зелеными глазищами, буквально слепит.

Кристина тем временем тараторит:

– Максим забрал Еву из школы, запер в квартире. В полиции мне вряд ли помогут, ведь по документам он ее отец, так что это фактически не похищение. Вот я и позвонила тебе, ведь ты предлагал…

– Кристин, что ты от меня хочешь? – наконец не выдерживаю.

– Чтобы ты забрал Еву из его квартиры. Забери, пожалуйста!

Нормальный такой заход. Я что, ей брат? Или сват? С чего вдруг она подумала с моей помощью решить свои проблемы с мужем? Хотя сам факт того, что тот забрал девочку, очень настораживает.

– Почему сама не заберешь? – спрашиваю ее.

– Я пыталась, – она разводит руками. – Он не отдает. Придумай что-нибудь, а? Ты же мужчина, ты можешь…

– А мотив у меня какой? – хмыкаю на нее. – С какого перепугу твой муж должен отдавать мне свою дочку? Представь картину: приходит к нему какой-то левый мужик, и он ему на ребенка, так, что ли? Я бы на его месте вот ни в жизнь не отдал… Я своих близнецов никому просто так не доверю.

Кристина мнется, кусает губу. Наконец выдает:

– Он не ее отец. Я забеременела Евой еще до знакомства с Максимом.

– А я при чем? – спрашиваю с раздражением.

И тут Кристина впечатывает в меня возмущенный взгляд.

– Очень даже при чем! – выдает она. – Презервативами надо уметь пользоваться, Давидян! Ева – твоя дочка, а не его. Если не веришь, можем потом сделать тест ДНК…

На этой ее фразе у меня начинает дергаться левое веко.

Глава 31. Робокоп

Кристина

Я стою, вот уже секунд двадцать наблюдаю за реакцией Рафаэля на мое признание.

Надо сказать, реакция у него странная.

Давидян стоит столбом, не моргает и даже, кажется, не дышит. Единственное движение на его лице – это дергающееся веко. Нервный тик? Что-то мне подсказывает – не к добру.

– Ра-а-аф? – тяну тихонько. – Ты как-то странно выглядишь. Я надеюсь, у тебя сейчас не инсульт?

Только после этих слов его взгляд фокусируется на мне.

Он будто немного приходит в себя, спрашивает хрипло:

– Почему ты говоришь, что Ева моя дочь? Ты в этом точно уверена?

Пф-ф-ф… Хотела бы я иметь сомнения по данному поводу. Но их нет.

– У меня за всю жизнь было лишь два мужика, – развожу руками. – Ты и муж… Причем с ним у меня случилось уже после того, как я узнала о беременности. Так что думай сам! И учти, что после выпускного я больше не пью. К тому же, если ты внимательно посмотришь на Еву, сравнишь ее с Тиграшей или Артуриком, то…

– Моя, значит, – цедит он.

Безрадостно цедит, хочу отметить.

А потом в глазах Давидяна появляется опасный блеск.