Возвращение не гарантируется

Дескать — это режимный объект, поэтому вызывайте военное следствие или военного прокурора. Полковники стали звонить по своим каналам, но выяснилось, что ни обычный военный следователь, ни обычный военный прокурор зайти в эту часть тоже не могут. Оказывается, этот объект обслуживается специально выделенными подразделениями военной юстиции! Короче, концов не нашли, умылись и ушли… А потом мы уже туда и не совались!

— Ну ладно, а кто там проходит службу? — хмуро спросил Громобой, которому все это не нравилось. — Они же не невидимки! И не на парашютах туда спускаются!

Степанов посмотрел на него, как на идиота.

— Не на парашютах. И не невидимки. Утром приходят зашторенные автобусы, заезжают на территорию. И легковушки заезжают, но немного. Вечером уезжают.

— Но транспорт можно остановить, досмотреть, проверить документы!

— Можно, — согласился Степанов. — Но желающих нет. И тебе, майор, я не советую туда лезть. Как бы они тебя раньше не проверили! Да так, что мало не покажется!

И участковый снова выпил стакан теплой, застоялой воды — без всякого отвращения, скорей с удовольствием. Громобой попрощался, быстро вышел на улицу и сплюнул. Но хотя он не пил протухшую воду, во рту отчетливо ощущался ее противный вкус. И потому доверия к словам майора Степанова у него не было.

* * *"

"На спецобъекте «Гвоздика» вновь проходила оперативка по теме «Звезда смерти». На этот раз почти все присутствующие, кроме одного человека, были в форме с тяжелыми, выполненными золотым шитьем, большими звездами на погонах — прямо отсюда им предстояло отправиться на большое совещание при Главном командовании. И состав участников несколько изменился: не было начальника космической разведки генерала Плющеева по прозвищу Коперник, не было гражданских экспертов, зато присутствовал генерал Вилховский — командующий Силами специальных операций. И эта замена о многом говорила — собравшиеся понимали: разработка спускается с теоретических небес на практическую землю, ибо все точки в конечном счете расставляются именно на твердой земной поверхности, в конкретных географических координатах и конкретными людьми, специально подготовленными отнюдь не для глубокомысленных мудрых рассуждений, а для действий — как правило, в тех их формах, которые называются «острыми».

Основное сообщение озвучивал возглавляющий СВР генерал-майор Бочкин, остальные с интересом слушали. Сидящий в одиночестве за столом президиума генерал-полковник Громов внимательно наблюдал за тремя генералами в летней форме и одним крепким мужчиной в белой полотняной шведке и легких брюках, который своим видом резко выбивался из общего строгого фона.