Не вошедшие в рай, или Поющие в терновнике 2

Вместо этого он отправился к двери на сцену, чтобы скоротать время за разговором со сторожем. Лениво прислонившись к стене, Лион оставался не замеченным уходящими доброжелателями. Правда, несколько любопытных взглядов бросили на него проходящие мимо женщины.

Лион ждал долго, но когда, наконец, «звезда» вышла, она направилась прямо к нему.

— Я хорошо играла? — спросила Джастина, скромно взглянув на него и взмахнув ресницами.

— Ты была поистине восхитительна. Думаю, завтра критики во всех газетах споют тебе дифирамбы. И, надо заметить, ты этого вполне заслуживаешь.

— Тебе действительно понравилась моя игра, Лион?

Обняв жену, Лион слегка притянул ее к себе."

"— Ты была блистательна, великолепна, — сказал он с искренним обожанием и гордостью. — И тебе вовсе не обязательно слышать это лишний раз от меня, — хотя, не скрою, мне доставляет удовольствие говорить тебе подобные вещи, — чтобы знать, что это — правда.

— Ты не прав, Лион, — не замечая, что шуба соскользнула с ее плеч на пол, Джастина посмотрела на него любящими глазами. — Ты — единственный, от кого мне нужно это услышать. Мне нравится, когда это говорят другие, — улыбнувшись, призналась она, — но мне нужно, чтобы это обязательно сказал мне ты.

— Хорошо, я скажу тебе, — Лион пристально посмотрел ей в глаза. — Когда я стоял среди остальной аплодирующей публики, слезы гордости лились по моему лицу.

Глаза Джастины широко раскрылись, когда до нее дошло значение признания ее мужа. Лион плакал! Сама мысль об этом ошеломила ее. Она вызвала слезы на глазах Лиона Хартгейма! Это невероятно.

Джастина не знала точно, поражена она или испугана.

Домой они прибыли далеко за полночь, проведя весь вечер на банкете, устроенном по случаю премьеры. Тосты в ее честь произносились настолько часто, что, вздумай Джастина подсчитывать их, она просто вскоре сбилась бы со счета.

— Ты была так хороша, дорогая, — сказал Лион, помогая ей снять шубу. — Я до боли люблю тебя.

Его губы растянулись в медленной улыбке.

— Лион, я так счастлива. Я всегда мечтала иметь дружбу, партнерство. Чтобы было с кем поговорить, поделиться проблемами. Хотела иметь рядом с собой кого-то, кто бы уважал меня, мою работу.

Джастина замолчала и глаза их встретились.

— А ты, Ливень? Чего хочешь ты? — голос ее прозвучал мягко и очень заботливо.

Лион некоторое время колебался.

— Я хочу тебя, Джас.

После этих слов руки его скользнули от рыжих волос, обрамлявших лицо, ниже и начали снимать с нее одежду. Джастина позволила раздеть себя и лежала на кровати нагая и прекрасная. А он, лаская ее нежными руками, повторял:

— Я хочу тебя, Джастина, дорогая моя. Я хочу тебя, любимая моя.