Не вошедшие в рай, или Поющие в терновнике 2

— Я быстро, — пообещал Лион и направился к видневшейся в дальнем углу огромного зала стойке авиакомпании «Скаймастер».

Джастина посмотрела на дочь. Жалость тронула ее сердце, но слез у женщины уже не осталось. Душа Джас напоминала огромное пепелище. Все, что было у нее в жизни, рухнуло вчера, оставив после себя лишь дымящиеся развалины. Мир, солнечный мир, такой прекрасный, добрый, яркий, исполненный сбывшихся фантазий и счастья, вдруг превратился в кошмар наяву.

«Сколько боли... Сколько боли...», — подумала Джастина.

Барбара сидела прямо, словно внутри у нее появился железный стержень. Она не оглядывалась и никак не реагировала на окружающее. В ней вдруг угасла искра жизни, которая наполняет тело и делает его живым, способным любить и сострадать, смеяться и плакать. Глаза, тусклые, подернутые серой пленкой отстраненности, не двигались. Сцепленные «в замок» руки бесчувственно лежат на бедрах. Даже грудь почти не вздымается.

У Джастины создалось впечатление, что Барбара не дышит.

— Как ты себя чувствуешь, доченька? — спросила она девушку."

"— Я умерла, мама, — вдруг тускло сказала та. — Я умерла. Они уже здесь. Мне пора идти.

— Кто, милая?

В душе Джастины шевельнулось сострадание. Хотя на пути ее чувства моментально возникла подсознательная преграда: из-за Барбары убили человека. Она сама согласилась на это...

— Они...

Голос девушки стал тихим, сошел почти на шепот. Джас с трудом различала его в монотонном гуле толпы.

— Они... — повторила Барбара. — Люди без лиц. И все здесь залито кровью. Все. И платье Элен тоже. И мое. Я умерла, мама. Неужели ты этого не видишь?

Острая, как спица, жалость пронзила сердце матери. Она обняла дочь, привлекла к себе и начала укачивать ее, как младенца.

— Господи... — шептала она. — Господи...

И неожиданно слезы хлынули у нее из глаз. Соленые дорожки сползали по щекам Джастины и падали в волосы Барбары, замирая на них капельками росы.

Полицейский автомобиль обогнул терминал «А» и медленно покатился по парковочной дорожке мимо метеобашни, диспетчерской вышки, к терминалу «В». Сидящий за рулем патрульный внимательно вглядывался в людской поток. Еще один полицейский примостился рядом с ним на переднем сиденье. Сзади, на сиденье для задержанных, вольготно развалился громила в сером плаще. Все трое ощупывали толпу настороженными взглядами.

У терминала «В» машина остановилась. Водитель снял с панели рацию.

— «Центральная»? Это «двадцать седьмая». Проверь, когда ближайший рейс на Сидней?

— Подожди, «двадцать седьмая». Ага, вот. В одиннадцать шестнадцать. Рейс ноль-два-четыре, компания «Скаймастер».

— Отлично. Спасибо, «Центральная».

Водитель наклонился вперед и принялся рассматривать таблички с названиями авиакомпаний, укрепленные за огромным витринным окном.