Никто не хотел воевать

Он бабку свою ищет, – пояснил ситуацию Грач.

– Ладно, завтра разберемся. Сейчас куда он пойдет, вон темно уже, – отложил дело на потом тот же местный начальник.

В строй Леонид не встал, а ждал поодаль, пока местное начальство о чем-то расспрашивало бойцов. Потом их повели в столовую на ужин, и Крест вновь призывно махнул рукой:

– Малек, айда с нами, ты нас кормил, теперь мы тебя. Перекусишь, переночуешь с нами, а с утра пойдешь…

Ночевали в просторной казарме, на железных солдатских койках и таких же, как в ангаре матрацах, правда с подушками, но без простыней и наволочек. В помещении, рассчитанном, наверное, человек на двести уже имелось «население». То оказались местные жители, парни и мужики из Донецка и окрестностей довольно разнообразного возраста, что-то от семнадцать до сорока с лишком лет. Они откликнулись на призыв ДНРовской власти идти с оружием в руках защищать самопровозглашенную республику. Правда, оказалось их всего человек семьдесят и, как выяснилось, все они никогда не держали в руках оружия. Здесь их этому как раз и обучали. На немногочисленность резерва ополченцев обратил внимание Крест:

– Что-то немного тут добровольных защитничков.

– А ты думаешь, к нам тут валом валят? – скривился как от зубной боли местный командир, выполнявший роль помощника в размещении группы Грача. Он сопровождал их в столовую и в казарму.

– А что, разве местные шахтеры и прочие работяги так укропов любят?– спросил один из бойцов, перебивая матрац и подушку."

"– Любят, не любят, но до ненависти далеко. По дороге сюда беженцев видел? Мужиков молодых там, наверное, не меньше чем стариков. И по домам здесь сколько сидят. Шахтеры говоришь? Да не жалуют они укропов, но и воевать с ними не хотят. Ждут пока такие как вы с России придут и все им тут сделают. А если укропы победят, то они в стороне, не виноваты, – зло обрисовал местную специфику сопровождающий.

– Да, ну, а по телеку брешут, что весь Донбасс как один человек поднялся, – продолжал спрашивать тот же боец, заталкивая свой вещьмешок под койку.

– Вот ты у того телевидения про то и спроси, почему брешет.

– Ну, так мобилизацию проведите. Вон укропы же у себя проводят, – это уже предложил Крест.

– Какая мобилизация… нас тогда свои же сразу сметут. Никто, ни шахтеры, ни другие работяги, ни студенты воевать ни с кем не хотят. Все что удалось это митинги, протесты организовать, а за оружие никто браться не собирался и не собирается, да и бабы никого в ополчение не пускают, ни мужей ни сыновей. Донецк вообще город жлобский, его тяжело расшевелить, а там где бои идут, там почти все подхватываются и бегут, кто в Россию, кто в обратную сторону в зависимости кому симпатизируют, – продолжал рисовать сложившуюся обстановку сопровождающий.