Люби и властвуй, или С мужчинами не расслабляйтесь!

Я встала и направилась в коридор, для того чтобы закрыть входную дверь.

– Спасибо за одолжение, – вежливым голосом сказала мне вслед Наташка. – Я действительно почувствую себя значительно легче, увереннее и спокойнее.

– На здоровье. – Закрыв дверь на замок, я вернулась к Наталье и села рядом с Ильей.

– А вот со здоровьем у меня как раз туговато. – Наташка потрогала запекшуюся в волосах кровь. – Голова болит жутко! Как будто по вискам железными прутьями бьют.

Увидев, что Илья закрыл глаза, Наталья тут же позабыла про свою больную голову, посмотрела на него обеспокоенно и слегка потрепала его по щеке:

– Эй, парень, ты живой? Ты, пожалуйста, так не шути. Если ты живой, то открой глаза. А то мы уже не знаем, что и думать.

Услышав Наталью, Илья тут же открыл глаза, которые в полном смысле слова налились кровью, и тихо сказал:

– Что значит «вроде»? Ты у нас мужчина или нет? Давай держись! Я тебя перевязала. Скоро приедет «скорая» и обязательно тебя спасет. Мы тебя не бросим, ты не переживай. Светлана вон как на твою защиту встала! Схватила пистолет и прогнала Влада чуть ли не до самого леса. Можно сказать, что твое тело собственной грудью закрыла. Прогнала противника прочь. Ты хоть это ценишь? Ты ценишь, что мы с тобой возимся? Ведь братец твой меня обокрал, да еще и голову мне проломил.

– Ната, ты что несешь? – перебила я свою подругу и ощутила жуткий стыд за ее слова.

– Я дело говорю. Я говорю то, что, если Илья выживет, он будет должен нас с тобой отблагодарить.

Мы, можно сказать, ему жизнь спасли, с того света вытащили. Одна я чего стою – с пробитой головой ему перевязки делала. Странно, как у меня силы хватило его перевязать. Я ведь чуть было сознание не потеряла. Упала бы рядом с ним, и все. Ты бы пришла и увидела два трупа. Один умер от кровотечения, другая оттого, что в голове что-то нарушилось. Так что это настоящий героизм! Я, сама тяжело раненная, встала на защиту и, совершенно не думая о своем ранении, занялась спасением другого человека. Между прочим, раньше за это медали давали.

– Обыкновенные. За героизм. Но медали нам с тобой ни к чему. Вот если только денежные компенсации… Так сказать, денежное вознаграждение за спасение президента крупной компании, за риск и угрозу собственным жизням, – выдала идею на-гора Наташка и бросила на меня довольный взгляд.

– Что я? – Мне стало еще более стыдно за Наташкины слова, и я была готова провалиться сквозь землю. Наташка требовала благодарности в тот момент, когда человек умирал у нее на глазах, и чем больше Наташка говорила, тем хуже мне становилось.

Мне даже показалось, что вместе с потерей денег Наталья потеряла рассудок и теперь она уже сама не ведает, что творит и что говорит.