( Не) верный муж (СИ)

Даже примерно не представляю, что они задумали.

Женщина тем временем достает парик, какие-то мази, кисточки. На кой черт? Она макияж собралась делать, что ли?

И снова я слышу чье-то мычание за ширмой. Чье? Уж не Арины Львовны? От осознания этого мне становится еще гаже.

Подельница Туманяна тем временем натягивает парик.

Чувствую, как Туманян крепче прижимает меня к себе одной рукой, почти нестерпимо давит на рот и резким движением сдергивает с волос резинку. Потом швыряет ее подельнице. Та ловит, потом натягивает на голову парик и стягивает пряди моей резинкой!

Тут-то до меня и доходит, что они делают.

Готовят мой клон!

Женщина мажет лицо тональным кремом, чтобы цвет был бледный, как у меня. Следом она достает контейнер с линзами разных оттенков карего цвета. Подносит их к моему лицу, пару секунд вглядывается в мои расширенные от ужаса глаза, выбирает нужный вариант.

Поражаюсь, с какой скоростью и мастерством она преображается. Ей явно не впервой.

— Раздевайся… — шипит мне в ухо Туманян и больно сдавливает рот.

Я настолько испугана, что не могу двинуть даже рукой.

Тогда он с силой дергает меня, задирает подол.

Кое-как прихожу в себя, снимаю платье с его помощью.

— Обувь тоже, — продолжает он шипеть."

"Через несколько минут подельница Туманяна наряжается в мою одежду. Поражаюсь тому, как похоже она выглядит, будто смотрюсь в зеркало.

Но все же она — не я.

Пользуюсь тем, что Туманян на секунду освобождает мой рот.

Прошу с чувством:

— Отпустите меня. Айк все равно узнает, что она ряженая…

Туманян усмехается мне в лицо, по-прежнему угрожает мне шприцом.

— Шоу не для него. Нам достаточно пары часов форы…

Только тут до меня доходит — Айк вряд ли купился бы на этот маскарад, а вот телохранители вполне. Они же на меня едва смотрят, в основном сканируют взглядом окружение, выискивая опасности. А тут моя одежда, прическа, лицо почти один в один, рост, размер ног…

И вот мой клон уже готов к выходу.

Туманян дает ей последние инструкции:

— Как только дойдешь до палаты, выбирайся через окно ванной. Если тебя раскроют, деньги не получишь.

Она кивает и выходит.

Всеми силами надеюсь, что телохранитель все же поймет, что она — не я. Ворвется сюда, накостыляет Туманяну. Но…

Проходит минута, две, а никто не врывается в кабинет.

— Я давал тебе выбор, — рычит Туманян мне на ухо. — Все, что ты должна была сделать, — это бросить своего козла и принять меня. Вытравить из себя чужого выродка. Но ты этого не сделала, потому что конченая дура. Больше никакого выбора я тебе не дам. С этих пор ты — моя жена.

* * *Айк

Я резко очухиваюсь ото сна, тру глаза. Поначалу не понимаю, где нахожусь, лишь через несколько минут доходит, что я на парковке перед перинатальным центром.