(Не) верные (СИ)

—Ты моя, ты все равно моя, бл*ть! Моя, — кричит, впиваясь в мои губы кусающими поцелуями, таранящими и приносящими только боль и незаживающие раны.

Сережа от боли и злости воспламеняется быстро, хватая меня за руки, а затем отталкиваясь от губ, рычит, упираясь лбом в стенку.

—Ты все равно будешь моей женой, Вика. Я люблю тебя. Я принимаю тебя всегда.

Ощущение, что губы мне вспороли острым ножом. Внутри давно такая же каша из вязкой крови от мокрых ран, от паяльника.

—Я просто ударилась, Сереж, — мертвым голосом шепчу словно в насмешку, но ему этого будет достаточно. Он готов на все на свете, верит любым словам. Скажи я ему сейчас, что люблю, мужчина бы забрал меня сразу домой и сделал своей по-настоящему. Без помолвок, свадьбы и прочего.

И пусть этот весь концерт был чисто его инициативой, потому что он меня «уважает», но такое признание сорвало бы стоп-кран.

—Ударилась, — повторил он, скалясь, играя желваками. Руки плотно обвивали мое никак не реагирующее на все происходящее тело. —Я внизу подожду.

Он пару раз машет головой, как будто стараясь отогнать наваждение или навязчивые мысли, ожесточенно захватывающие мозг. И только одарив меня долгим взглядом, гуляющим по лицу, шее, груди и талии, следом по ногам, Сергей позволяет себе развернуться и уйти. Задерживаясь у двери в последний момент, он достаёт из кармана бархатную коробочку и кладет ее на тумбочку в раскрытом виде.

Там то самое кольцо, камень на котором видно и с Юпитера. Надеюсь, мой палец не переломится.

У меня получается дышать только тогда, когда дверь с грохотом закрывается. Теперь одна.

Оседаю по стенке на пол, притягивая ноги к груди. Качаюсь в такой позе, стараясь успокоиться, но меня рвет на части изнутри. Слез нет, но качели шатают из стороны в сторону, вызывая удушающую тошноту, не отпускающую ни на минуту.

Собираюсь как-то неожиданно быстро. Просто встаю и иду выуживать из чехла платье на сегодняшнее мероприятие. Надеваю его и сажусь перед огромным зеркалом-будуаром. Куклой сижу и рассматриваю свое лицо, не тронутое макияжем. Наверное, я бы так и пошла. Максимум высушить волосы, хотя…они за час высохнут сами, так что можно было бы не напрягаться, а посмотреть киношку в ожидании своей гильотины.

Но мама, явно прочитав между строк ситуацию, высылает стилистов и визажистов в мою комнату. Теперь я сижу и слежу за тем, как кисточки порхают на моем лице, превращая меня в дивную копию Вики, а не в блеклое подобие недотрупа.

Волосы мне крутят в мягкие локоны и легка приподнимают на макушке для создания большего объема. Мне такого рода прически идут, так что ничего нового сейчас не происходит.

—Соберите их, пожалуйста. Жара ведь адская, — прошу, когда почти все готово.