Бунтари не попадают в рай

Ни в какую на контакт не шла.

– А сейчас, надо думать, пошла, – мрачно завершаю его мысль.

– Ну, – он мнется в нерешительности. – В общем, да, но…

– У вас что-то было? – застываю на месте как вкопанный и разворачиваюсь к Бестужеву.

Если честно, я не планировал вкладывать в свои интонации агрессию, но вопрос все равно звучит излишне грубо.

– В каком плане? – прикидывается дурачком Глеб, однако, уловив раздраженное выражение на моем лице, решает не юлить. – Секса не было. Просто целовались.

– И давно начали целоваться? – угрюмо интересуюсь я.

– Да, собственно, вчера.

Как ни странно, Бестужев находит силы не отводить взгляд и смотреть мне прямо в глаза. Без вызова и надменности, но твердо и уверенно.

Я внимательно вглядываюсь в его темно-синюю, подернутую легкой зеленцой радужку и параллельно с этим прислушиваюсь к своим внутренним ощущениям.

Если скажу, что признание Глеба вызвало во мне бурю гнева и злости, то, вероятно, слукавлю. Да, мне, безусловно, неприятно, и уязвленный собственнический инстинкт болезненно поднывает, но, в целом, я почти спокоен. Даже странно, ведь мы со Стеллой были парой. Почему меня не разрывает на куски от ревности?

– Слушай, если хочешь ударить, то бей уже, – нервно дергает плечом Глеб, нарушая повисшую тишину. – Ожидание твоей реакции убивает.

– Чего? – выныриваю из своих мыслей.

– Ну тут же все понятно. Я поступил не по-пацански, поэтому ты имеешь полное право мне вмазать, – он делает шаг вперед и слегка приподнимает подбородок. – Давай. Я даже обороняться не буду.

М-да. Он всерьез считает, что драка может как-то помочь?

– Тебе говорили, что ты идиот, Бестужев? – вздыхаю я, закатывая глаза.

– Да, постоянно, – немного растерянно кивает он.

– Прислушайся. Это реально так.

– Блин, ну какой мне смысл тебя бить? – развожу руками. – Понятно же, что ты Стеллу не против воли засосал. Значит, она сама того хотела. Значит, у нее тоже к тебе чувства.

Ну правда. Даже если я сейчас начищу Бестужеву рожу, что это изменит?

Прячу ладони в карманы джинсов и вновь устремляюсь по тротуару. Глеб после небольшой заминки припускает следом.

– И что? – он с любопытством заглядывает мне в лицо. – Тебе на это плевать?

Хороший вопрос. И я сам им задаюсь последние несколько минут. По логике я должен ощущать себя опустошенным, раздавленным, преданным, но ничего такого нет и в помине. Есть негодование, есть иррациональная мальчишеская обида, но боли, разрывающей сердце, нет. Может, причина в том, что я, как и Стелла, не отдавался нашим отношениям на все сто процентов, втайне мечтая о другой?

Чего уж говорить, меня сложно назвать образцовым парнем. Мы с Еленой, конечно, не целовались, но, если бы она этого захотела, я бы не дал заднюю. Никогда и ни за что.