В одну реку дважды не войти (СИ)

 — Решила свободу от меня оплатить телом, да? Не дождешься. Ты будешь моей. Добровольно. И я добьюсь этого любыми способами!

Пока она соображала, что же ответить на столь возмутительное заявление, Поздняков преодолел расстояние до двери и вышел, оставляя Лику одну. Злую, растерянную, опустошенную и против воли возбужденную. И последний факт заставлял её ненавидеть Андрея ещё более яростней, хотя еще недавно ей казалось, что ненавидеть сильней просто невозможно. Оказалось, ещё как возможно. Андрей снова продемонстрировал ей новые, доселе неизведанные грани чувств.

Лика ощущала себя так, будто ей все внутренности раскалённой кочергой раскурочили. Она так хотела уязвить его, сделать больно. Показать то, что добровольно никогда не будет больше принадлежать ему. Поманила обнажённым телом, остудила злыми словами. Задела его. Завела. Но удары направленные на Позднякова рикошетом попадали в неё. Каждое слово, сказанное Анжелой, раскачивало эмоциональные качели. Это означало только одно — до равнодушия в отношении Андрея ей ещё далеко. К сожалению.

Анжела некоторое время стояла, замерев на месте, ожидая, что Андрей вернется. Но проходили минуты, а Позднякова всё не было. Поняв, что можно наконец расслабиться, девушка тяжело выдохнула, стараясь угомонить бешено колотящееся сердце. Очередной раунд противостояния вытянул их неё все душевные силы. Закрыла глаза, затылком приложившись об стоящую сзади коробку, медленно сползла вниз. Вроде бы и выиграла этот раунд и доходчиво объяснила, что взять её он может только силой, но во рту стояла горечь, как после поражения.

— Как же я тебя ненавижу, Поздняков, — горячо выдохнула Лика в пустоту. — Ненавижу. Будь ты проклят!

Она всё-таки не смогла подавить прорвавшийся всхлип. Эмоциональное напряжение, сопровождавшее её весь день, нашло правильный выход в слезах. Лика не истерила, не билась в истерике, просто тихо плакала, чувствуя, как ей постепенно становится легче. Анжела так давно не плакала… Пять лет, если быть точным. Девушка действительно думала, что разучилась это делать. Андрей же смог довести её до слёз всего за какие-то пару суток.

Понимая, что не может больше оставаться здесь, да ещё в полураздетом виде, Лика медленно поднялась и надела брюки, а потом накинула пиджак. Обвела взглядом помещение. Похоже, это помещение у неё теперь будет ассоциироваться с самыми эмоциональными сценами в жизни. Вздохнула. Ей так хотелось спокойствия. Рука сама нащупала в кармане пиджака смартфон, на автомате она набрала номер человека, являющегося олицетворением правильности и упорядоченности.

— Алло, — ответили ей на том конце провода, — и Лика слегка улыбнулась. Затянувшийся душевный узел окончательно расслабился, давая дышать.