Ты не знаешь о дочери

Словно то, что я получу сейчас подтверждения родства с Олей как-то ещё приблизит меня к ним. Я вскрыл конверт прямо там и стал читать. По диагонали просмотрел до самого низа, где было заключение.

«…что Питерский Роман Петрович является биологическим отцом Романовой Ольги Анатольевны…»

Листок в руке отчего-то задрожал.

Всё-таки моя.

Нет, я не сомневался в этом. Но теперь…. Как будто что-то изменилось во мне ещё.

Такое странное чувство внутри поселилось. Словно я только теперь в полной мере ощутил, понял, что Катя родила мне дочь. Мою дочь… Она оставила её, носила, рожала, выхаживала… Одна. Из-за меня, идиота гордого…

Я мог бы видеть эти счастливые мгновения: как рос животик Кати, как она впервые услышала биение сердца нашего ребёнка, как вместе узнали бы пол… Покупали вещи малышу.

Я всё пропустил.

Теперь я не могу исправить прошлое, но я могу попытаться изменить настоящее.

Когда я поднялся к девочкам, понял, что даже смотрю на них иначе — с ещё большей нежностью и любовью. Неважно, как относится ко мне Катя, мои чувства к ней сами собой из меня лезут, и скрывать я их не собираюсь.

Как и всегда сначала мы общались с Олей. Она всё свободнее и свободнее вела себя в моей компании и стала считать меня другом. Мне тоже нравится проводить с ней время, подбирать темы для разговоров стало легче. Олька и сама та еще болтушка, засыпет вопросами так, что мало не покажется.

Катя тоже иной раз забывалась и смеялась, шутила, или хохотала над моими шутками сама. Как будто мы все одна семья… Такое крутое ощущение.

Я понял, чего мне не хватало всё это время — не просто семьи. А именно вот этой — Оли и Кати. Они мои, родные, меня тянет к ним, и только с ними я ощущаю себя на своём месте. Хочется спрятать моих девчонок от всех невзгод, защитить от всего плохого и дать им ту жизнь, в которой они ни в чем бы не нуждались.

— А где же Лада? — спросила она меня, и моя улыбка сошла с лица, а Катя нахмурилась и отвернулась к окну. — Она так и не придёт меня навестить?

— Лада? — поджал я губы. — Лада уехала.

— Куда? — искренне опечалилась Оля.

— Домой.

— А как же ты?

— Я остался здесь. Мой дом тут теперь. Рядом с тобой и мамой.

Катя кинула колючий взгляд на меня. Ей не нравится, когда я отождествляю нас всех вместе. А мне нравится. Пусть привыкает, так теперь и будет.

— Но ведь Лада твоя невеста? — не понимал ребёнок. — Как она могла уехать, а тебя оставить без присмотра?

— Мы расстались, — по-взрослому ответил я, не видя причин лгать или не объяснять как оно и было. Оля уже не настолько маленькая, про невесту же понимает. Значит, и про расставания поймёт. — Больше Лада не моя невеста.

— А кто твоя невеста?

— Пока никто… Но есть у меня одна девушка на примете…

— Мама? — беззаботно спросила Оля.