Ты не знаешь о дочери

— И ты уверен в своём решении? Я ведь не вернусь, Ром… Не надо так со мной.

— Уверен. Прости если сможешь… Так будет лучше.

— Вот так просто, да? — спросила она, хлюпая носом. — Ты строил со мной отношения полтора года, сделал предложение, увёз из дома, и не откуда-нибудь, а из другой страны, из-за океана. Я ушла с работы, от всего отказалась, чтобы только быть с тобой… А сегодня ты просто передумал?

— Лада, — прикрыл я глаза. Как мне тяжело с ней говорить об этом! Но куда деваться? — Я всё понимаю, уровень ответственности за свои поступки тоже. Раз я тебя сюда привёз, я тебя и отправлю домой. И возвещу все убытки, что ты понесла из-за переезда и потери работы. Я позвоню Джону, он возьмет тебя обратно. Ты не будешь нуждаться в деньгах, и…

— Да причем тут деньги, боже? — взвыла вдруг она. — Я не смогу жить без тебя, Рома! А ты…деньги. Знаешь куда себе их засунь?! Как я буду… Нет, я не могу даже думать об этом…

Она закрыла глаза руками и разрыдалась.

Я топтался на месте, не зная, что сейчас её бы успокоило. Не мог же я просто стоять и ждать, когда она нарыдается…Налил воды в стакан и поднёс ей.

— Выпей воды.

— Не хочу…

— Лада.

— Не хочу!

— Тебе надо успокоиться."

"— Успокоиться? — убрала она руки от лица и вскочила на ноги, оказавшись лицом к лицу со мной. — Ты меня бросаешь накануне свадьбы, отправляешь домой чуть ли не бандеролью как ненужную старую игрушку, потом что тебе подарили новую, а я должна успокоиться?

— Всё не так, — поджал я губы. — Я никогда не относился к тебе несерьёзно, и сейчас я не отправляю тебя как надоевшую игрушку. Просто я понял, что не смогу стать для тебя хорошим мужем, не сделаю тебя счастливой. Вот и всё.

— Какие высокопарные слова! — снова всхлипнула она. — Просто ты эту свою вспомнил, да? Рыжую, так ты её называл?

Я вздохнул. Лада уже заходит не на свою территорию и трогает небрежными словами святое для меня — Катю и мою дочь.

— Катя здесь не причем, — ответил я. — Я хочу расстаться с тобой… Я не смогу тебе дать того, чего ты ждёшь от меня.

— Да что ты врёшь! — психовала Лада. — Я не слепая, я видела как ты пялишься на неё! Ты её не разлюбил. Обманывал и себя, и меня, что забыл её. А как мы приехали в эту проклятую Россию, увидел её и снова как телок на верёвочке побежал за ней!

Я промолчал на этот выпад. Оскорблять в ответ женщину, которую я и так уже обидел, не моя тема. Лада подошла вплотную. Её близость напрягала, мне не хотелось, чтобы она трогала меня. Лада это ощущала, видела, как напряглось моё тело, и позволила себе только осторожно взяться за ворот моего пиджака.

— Ром, ну ты же говорил, что забыл её?

— Я сам в это верил.

— Значит, не забыл?

— Нет.

— Любишь её?

— Люблю.

— Сволочь! — тут же получил я по морде размашистую пощёчину.