Не твоя дочь

— Зачем? Ты ведь понимаешь, что Глеб легко может до всего докопаться? Если он выведет деньги из бизнеса и отберет у нас дом, мы останемся на улице! Ты зачем это делаешь? — повышает тон голоса с каждым словом. — Думаешь, от него отвернутся партнеры? У него начнутся проблемы с бизнесом, он уедет в Москву и отступится от Милады? Стеша, ты столько лет знаешь Глеба, хоть раз он отступал перед трудностями? — все больше злился отец. — Прощать или не прощать мужа – решать нашей дочери! — прикрикнул на мать так, что она вздрогнула и попятилась от разъяренного мужа.

Слова отца всколыхнули в сознании признания Тихомирова, которые он сделал не более получаса назад. Он не отступится, он уничтожит любого соперника, вставшего у него на пути, теперь я могу сказать это с уверенностью.

— Ты хоть понимаешь, что своими сплетнями в первую очередь растаптываешь мое мужское достоинство? Ты меня выставляешь подлецом и ничтожеством! Если Глеб об этом узнает…"

"— Он уже знает, — негромко вклиниваюсь в отповедь отца. Мне больно видеть растерянный взгляд папы, сложно наблюдать его расстройство и разочарование. — Мама, он до сих пор все это сносит только благодаря… Варе, — всем в комнате понятно, что не только благодаря дочери, но я не хочу упоминать о его чувствах ко мне. — Ты бессовестно этим пользуешься. Я не собираюсь наблюдать, как ты кусаешь руку, которая кормит всех нас. Сразу после нового года я съеду, предупредив Глеба, что он может решать вопрос с тобой на свое усмотрение, я не стану его ни в чем винить, — холодным спокойным тоном. Я так никогда не поступлю, не оставлю своего братика на улице. Отец тоже не виноват, что женился на инфантильной мстительной женщине. Но помучиться и попереживать ей не помешает.

— Ты не посмеешь!.. — она еще что-то хотела сказать, но умолкла под гневным взглядом папы.

— Мне придется идти и унижаться перед Тихомировым, извиняясь за твое поведение… — грозно, сжимая кулаки, произносит родитель.

— Ты довольна? Довольна, что нас поссорила? А я всего лишь хотела защитить тебя… — на глазах мамы появляются слезы, предвестники возможной истерики. Ей полезно поплакать и подумать, я не раскаиваюсь за свои слова. Ее нужно было отрезвить.

— Думаю, будет правильным, папа, если ты возьмешь маму с собой. Пусть она объясняется и извиняется, — больше ничего не сказав, я выхожу из кухни. Ваньки в гостиной нет, из чего я делаю вывод, что, услышав ссору, он удалился к себе в спальню…

Глава 54

Милада

— Привет, — Альберт, встретив меня у ресторана, целует в уголок губ. В последний момент удается отвернуться, а то бы наши губы встретились. Не остается незамеченным мое желание дистанцироваться. — Идем? — хмыкнув, он кивает на вход в ресторан.

— Идем, — стараюсь вести себя непринужденно, легко общаться, улыбаться.