Не твоя дочь

Как же сложно его ненавидеть…

Сколько мы так стоим? Минуту? Может, две? А может, все десять…

Прикрыв глаза, я отхожу от окна. Считаю про себя секунды. На пятьдесят третьей слышу, как заводится двигатель мотора.

Как мне к нему относиться после того, что я сегодня узнала? Я верю, что Тихомиров любил меня, но этой любви было недостаточно, чтобы закрыть глаза и шагнуть в темноту, я бы последовала за ним, протянула руку помощи. Тогда мы могли выплыть и, не оглядываясь на его прошлое, построить крепкую семью, где царит любовь и доверие, где радостно бегают по дому дети.

А что сейчас?

А сейчас нас разделяет пропасть, в которую я не прыгну за ним, несмотря на то что продолжаю его любить. Он обломал крылья, которые помогали мне парить. Тогда я верила… теперь нет.

Я злюсь на Тихомирова за то, что, выгнав меня из своей жизни, он частично продолжал в ней присутствовать. Что его благородные поступки были продиктованы чувством вины, а не любовью.

Покидая Москву, я ревела в самолете и мечтала, чтобы он меня вернул. Он услышал… спустя почти два года. Только доверие за эти месяцы я полностью утратила. Не накручивая себя, я перемалывала наши отношения, стараясь смотреть на них трезво."

"Во мне говорит не обиженная маленькая девочка, у которой разбили хрустальную мечту о неземном счастье, а взрослая женщина, которая способна оценить ошибки прошлого и постараться не совершать их в будущем.

Я слышу, как поднимаются в спальню родители. За закрытыми дверями мама начнет пилить отца, требовать, чтобы он выкупил у Тихомирова обратно наш дом. Ее сегодня щелкнули по носу и поставили на место, а моя мама этого не любит. Откуда у нее только барские замашки?

Я не могу сидеть в спальне и прятаться от собственных родителей, но пересекаться с ними сейчас мне совсем не хочется. Не захочется разговаривать с мамой и завтра, и послезавтра. Идея съехать кажется мне очень разумной. Все равно живем на деньги Тихомирова, так почему бы не воспользоваться счетом, который он открыл на мое имя?..

Рассуждать легко, а решиться на такой шаг непросто. Одно дело – неосознанно пользоваться благами, другое дело – взять деньги открыто. Тогда у него появится убежденность, что я готова сдаться.

Телефон оживает на тумбочке – загорается экран.

«Не спишь?» — пришло сообщение от Ваньки.

«Нет», — сразу отвечаю.

«Посидим на кухне, как в старые добрые времена?»

Задумалась, не знаю, что ответить. Настроения что-то нет. Раньше бы с радостью понеслась, Ванька бы разложил все мои проблемы по полочкам, утешил и уложил спать, но эти два года многое изменили в нас…

«Помочь спуститься?» — приходит следующее сообщение.

«Нет. Я сейчас оденусь и спущусь…»

Глава 36

Милада

Тихо покинуть спальню не получилось.