Не твоя дочь

Подружки затаили дыхание, ждут моего ответа. Между ними соперничество, которое нельзя не заметить.

— У меня нет времени проводить экскурсии, — отвечаю Игнатову, а губы дует Дарья. Может дуть сколько хочет, кроме раздражения ничего не вызывает. В очередной раз напоминаю себе, что Милада рвала все шаблоны, никогда не вела себя так… примитивно и по-бабски дешево. Моя девочка дарила такие вкусные эмоции, от которых голова хмелела даже без секса.

— С экскурсиями – это к Ромашову, — вставляет реплику Кирилл."

"— Он неплохо поднялся за последний год, — удивленно и с уважением произносит Игнатов. Он не в курсе, что я был женат на дочке Степана. Насколько я знаю, они давно не общаются. В свое время Ромашов обращался за помощью к Игнатову, но тот отказал. А теперь сам собирается просить. — Ты ведь вкладывался в его бизнес? — интересуется Игнатов.

— Работает мужик, в правильном русле трудится, — Кир уводит разговор от бизнеса.

Инвестировать в бизнес тестя – одно. Хотя, не согласись Милада в то время стать моей женой, все равно бы вложился. Давать деньги Игнатову не собираюсь. Слышал, что у него финансовые проблемы. Сегодняшний вечер был затеян именно для этого разговора.

— Стешка всегда с запросами была, а тут стразу такое пополнение в семье, — салютуя наполненным стаканом. — Папаша старается заработать побольше денег для своей семьи, — этого Кириллу говорить не стоило. Сейчас Игнатов уцепится, что и ему нужно зарабатывать, а бизнес стоит. Но вопреки моим ожиданиям, говорит он совсем иное:

— Ну да, ну да. Наследник, внучка… не пойми от кого дочь родила… — почесывая затылок.

— Внучка? Я думал, у Степана двойня, — косясь на меня, спрашивает Кир. Опасается моей реакции, готов сорваться за мной в любую секунду. Ставит резко стакан на стол, задевая дном край тарелки. Внешне друг спокоен, а внутри напряжен.

— Нет, какая двойня? Сына Стешка родила, — Игнатов ничего не замечет, а мне с трудом удается держать покерфейс. Меня разрывает, словно поезд сквозь грудь пронесся и вынес сердце. Я не слышу, чтобы оно билось.

В голове какие-то эпизоды всплывают, но не складываются в общую картину.

Милада родила?..

Когда?!

От кого?!

Внутри меня лихорадит, я не слышу разговора за столом.

— Я сейчас вернусь, — равнодушно произношу и выхожу из-за стола. Игнорирую настороженный взгляд Кирилла.

На улице расстегиваю ворот рубашки, в груди печет. Сколько месяцев детям? Она может быть моей?..

Глава 20

Глеб

«Моя дочь?» — я держу в руках документы, косвенно подтверждающие наше родство: выписку из роддома, обменную карту и даже запись посещения клиники, в которой врач подтвердил беременность. В тот день она солгала. Солгала, что не ждет ребенка.

Кир стоял надо мной и ждал хоть какой-то реакции. Боялся, что сорвусь.