Не твоя дочь

Я безумно переживала за Варю и Глеба, но, понимая, в какой кошмар его окунуло, старалась в первую очередь успокоить Тихомирова, заверить, что с нами все хорошо.

Я видела, как грузят в кареты скорой помощи Кира и двух ребят из охраны. Я слышала, что водитель фуры скрылся с места преступления. Глеб был в такой ярости, что, не исчезни виновник аварии, он мог бы его убить.

— Я хочу, чтобы мою дочь и жену полностью обследовали, — требовал Тихомиров, забираясь в скорую.

— Первую помощь нужно оказать вам, — попыталась в очередной раз доктор договориться с Глебом. Ее сухой жесткий тон его не пронял.

— Со мной все в порядке, — забирая у меня Варю, бережно и нежно он целовал ее щеки, поглаживая по спине. Его взгляд постоянно был устремлен на меня, он словно боялся выпустить нас из виду."

"— Глеб, пусть с тебя хотя бы кровь смоют, — я боялась за его состояние. Он слишком сильно переживает за нас, забывая о себе, а ведь травма головы может оказаться опаснее, чем он думает.

— Пусть смоют, — бросил равнодушно. — Варю нужно покормить, — погладив ее пухлую щечку, передал малышку мне.

— Накормим, все сделаем, вы только не волнуйтесь, — приговаривала врач, осматривая Глеба. Откинувшись на сиденье, он взял мою руку и сжал ее в своей сильной ладони. Я ничем не выдала, что именно эта рука болит. Сильно болело плечо, и эта боль растекалась по всей руке.

Как только мы приехали в приемное отделение, Тихомирова сразу направили на томографию.

— Не спускать с них глаз, — произнес Глеб парням из охраны, которые ехали впереди нас и не пострадали. — Узнайте, что с Кириллом, Олегом и Саней. В какую больницу их доставили.

Очень хотелось верить: если он отдает распоряжения, значит, с ним все будет в порядке. Варю очень внимательно осмотрели, малышка не пострадала.

О травмированном плече я сообщила врачу только после того, как Глеба увезли. Когда меня повели делать снимок, я ожидала, что у меня обнаружат перелом, и была в ужасе. Все обошлось – кость цела, но врач сказал, что зря я радуюсь, ушибы и гематомы болят сильнее. Возможно, он прав, но мне до ужаса не хотелось опять ходить в гипсе.

Варю накормила больничной кашей, она без энтузиазма съела несколько ложек, зато с удовольствием выпила компот из сухофруктов.

Не знаю, откуда отец узнал об аварии, но он приехал в больницу в тот момент, когда Глеба везли в палату. Папа забрал у меня Варю, видя, что мне тяжело держать ее на одной руке.

У Глеба была трещина в ребре, он получил сотрясение, подкожную гематому в области скулы, но он категорически отказывался от госпитализации. Даже слышать ничего не хотел.

— Я не оставлю вас одних, — уперся Тихомиров. — Лечение получу на дому.

— Я сделал назначения, — в палату заглянул врач, который меня осматривал. — Если будет сильно болеть, обезболивайте.