Не трогай меня

 Логично? Логично! — так как я молчу, друг бросает на меня короткий взгляд. Тяжело вздыхает. — Послушай, мы вытащили её оттуда. Неизвестно, чем бы всё закончилось, не появись мы в том вонючем мотеле. Всё! Хватит вариться в этом дерьме. Что с тобой, Брай? Я совсем тебя не узнаю…

Но я не слушаю его причитаний. От воспоминаний кулаки вновь сжимаются. Ни одна мельчайшая деталь не исчезла из моей головы за минувший год…

Её хрупкое обнажённое тело на полу. Я пытаюсь укрыть её своей кофтой, не желая дотрагиваться до окровавленных простыней, но она отползает в самый дальний угол комнаты. На меня смотрят огромные голубые глаза, затянутые пеленой слёз. Полноватые губы нежно-розового оттенка дрожат. Кожа кажется болезненно-бледной, но я мог бы представить на её щёчках румянец, и от этого моё воображение создаёт прекрасный образ.

Да кого я обманываю, черт возьми? Воображение тут ни при чём. Она и была прекрасна. Идеальна. Я всё ещё вижу её лицо, стоит мне только закрыть глаза. А сны переносят меня в тот злополучный вечер… Снова и снова…

Она боялась, дрожала и почти теряла сознание. Затравленным зверьком смотрела на Саймона Шоу и не реагировала на мои попытки её успокоить. Мне пришлось схватить её за руки, вызывая новый приступ дрожи и слёз, которые просто беззвучно текли по её щекам. «Шшш. Закрой глаза, — тихо прошептал, обхватывая её хрупкие плечи. — Тебе больше нечего бояться. Всё самое плохое уже случилось, а теперь ты в безопасности. Никто больше не причинит тебе вреда. Я не позволю…» Девушка будто наконец услышала меня. Она обмякла в моих объятьях, и я не хотел покидать её. Обернулся на Килла и в тот же миг обнаружил, что этот маньяк — его отец — хочет уйти. Вот так вот просто взять и покинуть мотель, не получив возмездия за то, что сделал. Мои кулаки тогда сжались сами по себе. Отец Киллиана превосходил меня и в силе, и в росте, но меня это не волновало. Я накинулся на него, кажется, смог ударить, но всего один раз. Друзья вступились за меня, но уже через полминуты мы все валялись на полу.

Девушка лежала без сознания, и я, не задумываясь и не обращая внимания на собственные увечья, поднял её на руки. Крис умолял меня этого не делать, но я не слушал.

Она была невинна, это было понятно по пятнам крови на матрасе. Она была напугана, и что бы там ни говорили друзья, тогда я был уверен, что девушка была жертвой, а не пришла по собственной воле. Друзья настаивали, что она шлюха. Вероятно, так было проще пережить случившееся. Саймон влиятельный человек, а она просто шлюха, игрушка для его забавы, и не надо ломать голову о несправедливости жизни. Можно же просто перешагнуть и идти дальше. И каждый из моих друзей пошёл дальше.

Кристиан Васкес, не заморачиваясь, продолжил жизнь отвязного ловеласа.