Развод в 45. Я тебя не прощаю (СИ)

– Я за руль не садился, с моим-то перегаром, так что…

Так что коробку мы оставляем на полу под столиком, который в скором времени занимаем. К нам тут же подходит симпатичная темноволосая девочка в коричневом переднике и кладёт на стол меню.

– Когда будете готовы сделать заказ, нажмите кнопку вызова, и я подойду, – сообщает с приветливой улыбкой, после чего уходит, оставляя нас с сыном наедине.

Я беру верхнюю папку, решая отложить разговоры на потом. Да и судя по чуть бледноватому виду Тимура, ему пока тоже не особо есть до них дело. В итоге я делаю заказ за нас обоих. Ему выбираю суп с фасолью, а себе любимые хинкали. А на то время, что наши блюда готовятся я прошу принести травяной чай.

– Пей и рассказывай, до чего додумался за ночь, – велю и сама же наполняю его чашку душистым напитком, придвигая к нему ближе.

– Ну-у… – призадумывается сын. – Я перееду на диван, а тебе отдам спальню. На первое время. Потом что-нибудь получше придумаем. Можем на две однушки разменять, с доплатой, если со мной жить не хочешь.

– М-мм… – тяну, наливая уже себе чаю. – А беременную невесту куда положишь? На пол? Для осанки полезней чтоб было, да?

Тут Тимур кривится. И мрачнеет на глазах.

– Чтобы иметь совместного ребёнка, не обязательно жить вместе. Если этот ребёнок вообще мой, что тоже пока под вопросом и ещё предстоит выяснить, – кривится повторно.

Вот тут я отвлекаюсь от своего занятия. Ставлю чайничек обратно на подставку. Смотрю исключительно на Тимура.

– А не слишком ли ты утрируешь? Может сперва стоит поговорить с девочкой, точно выяснить, что к чему? – уточняю осторожно.

– И она мне значит, именно сегодня всё честно расскажет? – выгибает бровь Тимур. – До этого хрен знает, сколько врала, а теперь вдруг одумается и сознается? – смотрит на меня со всем переполняемым его скептицизмом.

– С чего ты решил, что вообще врала? Потому что твой отец так сказал? – кривлюсь.

– Не ты ли сама их застукала? – кривится и Тимур.

– Застукала. В момент, когда она просила его остановиться и отпустить её.

Выходит не так уверенно, как хотелось бы. Потому что я уже и сама не уверена, а не привиделось ли мне всё это на фоне шока. Что, если Дина и впрямь согласна была? И всхлипывала не от слёз и страха, а от сдерживаемого желания? Но именно поэтому и стоит во всём разобраться полнее. Не хочется обвинить девушку в таком лицедействе, а потом оказаться в дураках. Хотя Тимуру и этого хватает, чтобы напрячься совсем иначе.

– Так они… кхм… ну ты поняла, или всё-таки ещё нет?

– Твой отец только собрался снимать с себя штаны, если ты об этом.

Кажется, пора переставать быть такой прямолинейной. А то даже для меня слова прозвучали слишком бесстрастно и цинично. Грубо.