Не такая, как все

Диана Бантон, как выяснилось, была незаконнорожденной дочерью Джеймса Маршалла, сладкоголосого политикана с безупречной репутацией уважаемого семьянина, ставившего мораль во главу угла своих жизненных принципов. На него-то Карлос и охотился, поклявшись отомстить негодяю за смерть несчастной Альберты, своей покойной сестры. Этот лицемер и сластолюбец, соблазнявший направо и налево наивных девиц, в конечном счете оказался не лучше заурядного убийцы, оставив Альберту умирать после автокатастрофы в искореженной машине. Он даже не вызвал «скорую помощь», опасаясь попасть в щекотливую ситуацию и стать главной фигурой скандала, который дурным образом повлиял бы на его политическую карьеру.

Смуглое, с точеными чертами лицо Карлоса стало угрюмым. Несмотря на то что прошел почти год после похорон сестры, он до сих пор не мог без боли вспоминать, насколько бессмысленно и безжалостно была принесена в жертву жизнь Альберты. Врачи в один голос утверждали, что у нее был шанс выжить даже после такой страшной аварии, будь пострадавшая обнаружена немного раньше. В то лето ей исполнилось девятнадцать лет. По воле судьбы бедняжка, будучи студенткой-практиканткой, проводила в команде Джеймса Маршалла социологические исследования. Прекрасная наивная девушка с ясными карими глазами, длинными черными волнистыми волосами и очень доверчивым характером…

Карлосу сразу не понравилось, что она попала на практику к Маршаллу. Но он и предположить не мог, чем все закончится. Несчастная Альберта! Увлеклась женатым мужчиной, который был старше ее на пятнадцать лет, и погибла по его же вине.

— Мистер Малдонадо, пожалуйста, пирожные, печенье!

Не осознавая, насколько пугающим было мрачное выражение его лица, Карлос обернулся и с некоторым удивлением посмотрел на то, что ему предлагали. Грациозная женская рука, держащая тарелку с угощением, слегка дрогнула. Острый взгляд Карлоса отметил и это. Он взглянул на бледное лицо Дианы и уловил в «нем явное напряжение. У нее были длинные темно-коричневые ресницы, загнутые на концах как у ребенка. Впрочем, на этом ее детскость и заканчивалась. По характеру она оказалась отчаянной и безрассудной женщиной, прилагающей недюжинные усилия к спасению бизнеса, ради которого так много трудилась. Карлос умело сыграл на этом, и птичка попала в его цепкие когти.

— Спасибо, — пробормотал он, с трудом приходя в себя после тяжелых воспоминаний о сестре. — Миндальное печенье и пирожные? Какой приятный сюрприз. Ты меня балуешь.

Едва заметная голубая вена под тонкой кожей на ее шее от звука его голоса предательски пустилась в пляс. И для него этот факт не остался незамеченным.

— Просто я люблю экспериментировать… Только и всего, — сказала Диана, сдерживая дыхание.