(Не) та женщина

Однако он проигнорировал ее крик, просто сфотографировал и ушел. Больше ни один из них не появился, сколько бы Женя ни звала.

Складывалось ощущение, что она здесь абсолютно одна. Некому прийти на помощь.

Пока вода достигала щиколоток, а потом и коленей, было еще не так жутко. Но когда она поднялась до пояса, в душе поселилась настоящая паника. Холодная, таящая в себе жуткую смерть, она неимоверно страшила.

Что же будет, когда вода достигнет груди? Шеи? Уровня губ? Носа?

Женя уже однажды тонула — давно, в глубоком детстве. Справилась со страхом воды, научилась плавать, но это ужасное, давящее чувство, когда не можешь вздохнуть, помнила до сих пор.

— Боже мой, я никогда-никогда не встану на собственного ребенка! Я лучше умру… я лучше двести раз умру! — шептала Женя, грохоча кандалами, пока перемещалась из одного угла куба в другой. Она жалела, что сняла каблуки, хотя в них было почти нереально стоять.

Милосерднее было бы пустить ей пулю в лоб. Почему подельники Влада так не сделали? Почему он так жесток?

Жене было так неимоверно страшно, что на секунду даже показалось — смерть милосерднее… Можно сесть в воду вместе с Нонной и позволить бездушной жидкости сделать свое черное дело. Но вдруг вспомнился фильм, который они с Рубеном недавно смотрели.

Пятеро отчаявшихся людей пытались прорваться сквозь туман, населенный монстрами, мечтавшими полакомиться человеческой плотью. В машине кончился бензин, и люди поняли: им не сбежать, их растерзают.

Пять человек и четыре патрона. Главный герой подарил быструю смерть всем, кроме себя. В том числе и... своему сыну. Сам же вышел в туман, чтобы монстры его растерзали, и в этот момент мгла рассеялась, появились спасатели с оружием. Если бы эта группа отчаявшихся потерпела еще чуть-чуть, они выжили бы.

«Бедный Рубен… что же с ним будет, если мы погибнем?» — подумалось ей.

Отчего-то себя ей было не жалко, а вот Нонну с Рубеном — очень.

Надежда умирает последней — так мудрые люди говорят, верно?

— Я буду стоять до последнего! — начала твердить Женя."

"Когда вода доберется до шеи, она поднимет Нонну и будет держать так столько, сколько сможет. Если им суждено сегодня умереть, Женя будет первой.

* * *— Валите… Валите уже оттуда! — шипела себе под нос Лиза, наблюдая из-за кустов за троицей дуболомов, куривших возле черной газели.

Там, у ресторана, Лиза решила следить за фургоном. Лишь подъехала к месту, куда бросили телефон Жени, подхватила его и рванула вслед за черной газелью. Сразу почувствовала: сестра в беде.

Лиза догадалась попытаться позвонить Рубену, но пока нашла его номер, телефон булькнул и в конец разрядился. Надо было давно купить новый, с нормальной батарейкой, да всё казалось не до того. А подзарядку как назло выложила, дурища.