Жалостью к врагам не страдаем

Пожар, кстати, внизу прекратился?

– Обломки машин дымятся еще, но это нам не помешает.

– Милиция подъехала?

– Так точно, и едва не успела выйти сюда раньше нас. Оперативно сработали гаишники. Но мы оказались проворнее.

– Кто у них начальник?

– Старший лейтенант Ахмедов. Возмущался, почему военные перекрыли трассу.

– И что ты ему ответил?

– Чтобы заткнулся, взвод выполняет приказ сверху, а значит, ментам здесь пока делать нечего.

– Грубо!

– Так и он сначала попер по-борзому. Пальцы веером расставил. Пришлось осадить.

– Где сейчас находится этот старший лейтенант?

– За «шестьдесят шестым», что перекрыл дорогу с востока. Это метрах в тридцати за скалой.

– А журналисты прибыли?

– Сразу за ментами.

– Им надо было дать возможность фиксировать вашу работу.

– Мы так и сделали. В кустах справа спрятались парень-оператор и девушка-корреспондент. Бойцы в точности выполнили ваш приказ.

Потапов мельком взглянул на кусты.

– Что они оттуда снимут? И как услышат твой доклад после подъема манекенов?

– Я смотрю за ними. Девчонка деловая попалась, шустрая, прикрываясь камнями, подходила к дороге. Потом вернулась к кустам. Позицию выбрала. Уверен, как начнется самое главное, съемочная группа канала ТВ-16 переместится ближе к трассе. Оттуда они будут и видеть и слышать все, а мы, якобы занятые работой, их не заметим!

Генерал улыбнулся.

– Молодец, капитан! Все правильно делаешь. Ну, давай занимайся взводом, я пойду, пообщаюсь с местной милицией и журналистами, которым повезло меньше корреспондентов телеканала. Недолго, затем вернусь!

– Понял! Разрешите идти?

– Конечно! Только охранение восточного направления предупреди, что я подойду, а то не пропустят или задержат, заставив уткнуться физиономией в асфальт.

– Не беспокойтесь, предупрежу!

– Давай!

Операция по имитации автокатастрофы продолжалась."

"Южный Афганистан, кишлак Буриши,среда, 13 октябряПолевой командир Амир Ахадрад, он же известный грузинский террорист, промышлявший последнее время работорговлей, проснулся рано – на часах не было и шести утра. Проснулся от боли, внезапно пронзившей сердце. Присел, держась за левую сторону груди. Проговорил:

– Этого еще не хватало!

Никогда раньше сердце не беспокоило главаря террористической группировки, а тут на тебе. Боль прошла так же внезапно, как и появилась. Абадзе глубоко вздохнул. Ничего, все нормально. Может, боль ему приснилась? Так бывает. Спишь – и вдруг начинаешь мучаться во сне, задыхаться, метаться от боли. А стоит проснуться, куда все только исчезает? Но боль-то прошла, а вот ощущение тревоги, пришедшей ей на смену, отдалось дрожью в руках. Вытянув руки, Абадзе с удивлением посмотрел, как мелко трясутся пальцы. Подобного с ним тоже никогда раньше не было.