Не ставшая жертвой

В отличии от своих находящихся здесь же соратников, тот совершено не улыбался. Волосы персонажа были не блондинистыми и не рыжими, а какого-то непонятного светлого цвета — вероятно подвергались какой-то красящей химии и торчали в стороны, не образуя никакой совершенно прически. Одежда, как и у всех сидящих за этим столом, являла из себя камуфлированную военную форму. На ногах — обуты грубые солдатские зашнурованные ботинки.

«Да, пощады от такого вряд ли дождешься», — подумала про себя перетрусившая Мария, мысленно готовясь переносить невероятные страданья и жуткие муки. «А может все обойдется?» — просилась в ее возбужденную голову навязчивая, но глупая, мысль. «Да нет, это вряд ли», — отвечал ей рассудительный разум.

В этот момент предводитель лесного сообщества взял на себя обязанность просветить «гостей» о своем имени и роде занятий:

— Я, Борисов Виктор Павлович.

«Ну, Грета ему точно совсем не сестра», — подумала Вихрева, — «хотя, может ее брат и сидит, где-нибудь за этим столом». Оратор, меж тем, продолжал:

— Мы ведем свободную жизнь, никому совершенно не подчиняясь. Живем, в основном, за счет грабежей и разбоев, причем, участвуем только в крупномасштабных выгодных операциях. Помимо этого, мы приторговываем китайцам добываемой незаконным образом нефтью, как вы наверное знаете: ее здесь немерено. Поэтому мы не бедствуем. Но находится все время в трудах достаточно сложно…

Атаман не смог договорить фразу, как его перебил Хрустов, достаточно ясно себе осознавший, что просто-так такие вещи на «обозрение» не выносят:

— А зачем Вы нам все это сейчас говорите? Нам совершенно не интересен род вашей деятельности и занятий. Давайте, мы уже сделаем нашу работу, да, отвалим поскорей восвояси. А, место вашего расположения я даже если и захочу…

Договорить сутенер не успел: Борисов выхватил из одетой на поясной ремень кобуры небольшой револьвер, и вылетевшая из его ствола пуля навсегда прекратила речи Андрея, оставив в его лбу небольшую круглую дырочку. Хрустов, как стоял, рухнул на пол, а другие бандиты с недовольным видом стали протестовать:

— Зачем? Ведь договаривались же, что их будет двое, а теперь что, за одной полуголой девкой гоняться? Мы же ее враз достанем — никакого спортивного интереса.

Только тут героиня начала понимать: какая именно искомая цель их прибытия в этот бандитский вертеп. «На нас собирались „охотиться“», — подумала она, и взглянув на лежащий на полу труп недавнего сутенера, мысленно, непроизвольно, поправилась: «Нет неправильно, теперь уже только-лишь на меня».

Ее размышления прервал голос Виктора Павловича, решившего успокоить взбудораженную «братву»:

— Тихо, тихо. Чего «разгалделись»? Наши планы чуть-чуть изменились.