Не ставшая жертвой

Между тем, «Горилла» промолвил:

— Послушай, «Кирпич», а что мы будем делать, если эта «подружка» совсем не появится? Ведь Виктор Павлович, на такой расклад, не давал никаких определенных инструкций. Мы что, жить здесь останемся? А, как же наш дом? Как, скотина?

— Знаешь, «Гаврила», — ответил напарник, с удивлением оглядев своего не блистающего умом спутника, — я последнее время поражаюсь, какие правильные мысли ты выдаешь. Мне подобное даже в голову не приходило. Отдали приказ — значит надо его выполнять, а вовсе не обсуждать. Вот и будем здесь сидеть пока не убьем дерзкую девку. И, лично я, если она не объявится, ничуть не расстроюсь: мне уже порядком надоело выполнять прихоти нашего сумасшедшего «генерала».

— Ты, что? Если Виктор Павлович узнает о таких разговорах, он же тебя убьет, — широко раскрыв от удивленья глаза, промолвил «Горилла», — лично я, о таком, даже подумать боюсь.

— А, откуда он это узнает? — отметился собеседник ухмылкой, — Ты же ему не скажешь? Или ты «стукач» у своего атамана?

— Нет, нет. Что ты, — запротестовал не больно умный член банды, — я никому ничего не скажу. Я просто подумал: что если он случайно узнает?

— Да, «хрен» бы-да с ним. Я уже давно подумываю, что надо валить отсюда подальше и, наверное, так и сделаю, когда все немного поуспокоится. Убьем «сучку», выберу время и — на волю. Надоело мне здесь.

«А, что тебе мешает сделать это сейчас? Неужели так крови моей захотелось?» — усмехнулась про себя с недовольством Мария, из их разговора уже давно осознавшая, что их здесь оставили только двоих и лишь для того, чтобы ее караулить. Атаман рассчитал все совершенно правильно: она приняла все «чистой монетой» и, ни на секунду, не усомнилась, что эта западня настоящая, и только ночь заставила бандитов открыться. «Ну, что ж, раз вы намереваетесь лишить меня жизни, то и меня совесть не будет мучить, если я заберу ваши, но немного пораньше», — чуть слышно пробормотала отважная Вихрева, изготавливаясь к стрельбе, и наводя прицел на одного из двух сидевших бандитов.

Она выбрала наиболее мощного — это, конечно, «Гаврилу». Наведя окуляр прицела на его огромную голову, она совместила с ней перекрестие и нажала на спуск. Прогремел громкий выстрел. Расстояние было слишком близким, и пуля прошла на вылет, страшно изуродовав лицо этой жертвы. Преступник, неожиданно получив свинцово-стальной заряд, умер мгновенно, так и не поняв, что с ним случилось.

«Кирпич», лишь-только услышавший за своей спиной грохот оружия, словно ужаленный рухнул на землю и, схватив свой автомат Калашникова, принялся «поливать свинцом» всю близлежащую местность. Расстреляв два рожка, он воткнул третий и принялся пичкать патронами уже им растраченные.