Не спасай меня

– Я потерял их всех, – спустя какое-то время глухо проговорил Миша.

Я молчала, затаив дыхание. Тут же вспомнила страшный сон, который приснился еще в начале лета. Когда Миша стоял на краю пропасти и говорил, что у него никого больше не осталось.

– Я расскажу, что отчим ведет нечестную игру и изначально хотел кинуть их на бабки, а товар даже не планировал отдавать, подставив меня. Выбрав пушечным мясом. И пусть разбираются между собой…

– Думаешь, они поверят? – усомнилась я.

– Плевать, – повторил Матвеев. – Плевать, если пощадят, плевать, если убьют… Все это больше не имеет смысла. Убьют только меня, значит, так тому и быть. Но если и отчима на тот свет отправят, справедливость восторжествует. Карма – вещь занятная.

Миша попытался подняться на ноги, но я тут же схватила его за локоть.

– Никуда тебя не отпущу! – выкрикнула я. И мне все равно, что лоджии здесь смежные с другими номерами и кто-то может меня услышать. – Ты сдурел? Они не оставят тебя в живых!

– Пусть! Я не вижу другого выхода… – все это Миша произносил заплетающимся языком.

– Ты сейчас в таком состоянии, – быстро заговорила я. – Чем тебе алкоголь помог? Мишенька, поспи! Знаешь ведь как говорят: утро вечера мудренее.

Миша, встав на четвереньки, снова сделал попытку подняться, но я в отчаянии только крепче вцепилась в него.

– Ульяна! Да отпусти ты меня! – рыкнул Матвеев, выдернув руку. – Отвали! Все и так слишком далеко зашло. На фига ты за мной сюда увязалась вообще?

– Миша, ты пьян! – жалобно проговорила я.

– Да, я пьян! Да, я груб! Мать его, такой вот я человек, Ульяна Шацкая!

Я перегородила Мише дорогу и замотала головой.

– Не пущу! Не пущу! – твердила я.

Тогда Миша меня оттолкнул и прошел в комнату.

– Тебя убьют! – повторяла я. – Это не выход…

– А что тогда выход, просвети! – повысил в ответ голос Миша. – Всю жизнь прятаться? Дура, ты пойми, что я уже давно ходячий труп! Это только дело времени… Что я могу тебе предложить? Взять с собой в бега? Для этого родители растили свою умницу и красавицу, чтобы она сбежала тайком с таким, как я? Да и разве достойна ты такой жизни?

Я сглотнула. На удивление слез не было. До сих пор казалось, что Миша просто порет горячку. Ему нужно лечь спать, а утром придумать новый план.

– Мне вообще теперь все равно, – повторял Миша, – Леши больше нет, ты разве не слышала? Если бы он перезвонил… А теперь все это не имеет значения.

– Да? – не выдержала я. – Не имеет значения, значит? Тогда ты, Миша, просто эгоист! А обо мне ты подумал? Я ведь тебя люблю! – Последнюю фразу я выкрикнула так громко, что она еще долго звенела у меня в ушах.

Миша уставился на меня, будто видел впервые в жизни. Пошатнулся и негромко сказал:

– А я тебя – нет.

– Врешь!

– Не вру.