Не сотвори себе вампира

 – Что происходит?! Я не хочу!

– Не надо ничего понимать, кудряшка, – прервал меня Рамирес. – Сейчас мы казним этого вампира, а потом, когда очнется ваш господин, я поговорю с ним о вашем прибытии в Совет.

Я сверкнула на него глазами.

– Можете даже и не говорить! Если я ввязалась в это дело из-за Даниэля, неужели вы думаете, что я сделаю хоть шаг в нужном вам направлении после его смерти?! Богом клянусь, ни в каком Совете меня не увидят!

– Это не вам решать, кудряшка, а вашему господину.

– Юля, – рука Вадима легла на мое плечо. – Спокойно!"

"Он был прав. Если я начну беситься, Даниэля это не спасет. Я вдохнула и попыталась говорить здраво. Мне же не три года, чтобы топать ногами и орать?! Ведь не три года?

– Если Елизавета помилует его, вы не будете иметь ничего против?

– Почему я должен быть против, кудряшка? Я вовсе не кровожаден.

– Да неужели? – съязвила я. – И питаетесь, как комары-самцы, только нектаром?

В глазах Рамиреса блеснула злая искра.

– Взять его!

Два вампира схватили Даниэля. Он не сопротивлялся. Опустил глаза, потом поднял их и посмотрел на меня. В серебристых глазах отражались тоска и нежность.

И – безнадежность. Он уже сдался?! Но я – нет!!!

– Кажется, мне так и не удастся написать твой портрет.

– Посмей только умереть! Убью! – взорвалась я. – Как я могу связаться с Елизаветой?! У нее есть телефон?! Хоть что-то?! Рамирес, дайте мне поговорить с ней – и я добьюсь отмены приговора!

Вампир смотрел на меня с явным недоверием.

– Попытайся, кудряшка.

– А я не буду пытаться! Я возьму и сделаю! – отозвалась я. – И если в вашей власти помиловать Даниэля, я советую вам сделать это. Или помочь мне добиться отмены казни! Все, кто меня знают в этом зале, могут подтвердить! Я слов на ветер не бросаю! Если с Даниэлем что-нибудь случится, видала я ваш Совет в гробу и в белых тапочках! Или вы думаете, что я буду вам ноги целовать за убийство моего любимого?!

– Не убийство, а казнь, кудряшка. А ваш господин знает, как вы относитесь к этому вампиру?

– Знает! – злорадно ответила я. – Более того, я согласилась на Печати только ради того, чтобы спасти жизнь нам двоим – мне и Даниэлю. И сказала ему это прямо в лицо. Даниэль, как я могу дозвониться до этой стервы, чтоб ей пусто, солоно и с вечера не хлебавши?!

Даниэль послушно назвал семь цифр и код города. Я огляделась вокруг.

– Есть в этой дыре радиотелефон?! Или сотовый?! Я вспомнила про свой сотовый и хотела вернуться в машину за сумкой, но Валентин протянул мне трубку.

– Звоните по моему.

Я бросила на него благодарный взгляд.

– Я и так должна вам. Я оплачу расходы.

– Мы поговорим потом, – отмахнулся оборотень. – Помогите своему другу.

Я кивнула и набрала номер. Прошло, казалось, несколько часов, прежде чем на том конце провода отозвался мужской голос.