Не сотвори себе вампира

Он улыбнулся, и клыки отчетливо блеснули в неясном свете окон. Но это зрелище не испугало меня. Наоборот, успокоило. Оно не несло угрозы. Вадим положил мне руку на предплечье. Пальцы у него были приятно теплыми. Это потому что он пил сегодня кровь? Или я так замерзла?

– У тебя очень холодные руки. Сейчас я включу печку.

Он щелкнул каким-то рычажком. Машина начала нагреваться.

– Так лучше? Ты все равно очень хрупкая. Даже не смотря на все Печати. Юля, ты должна больше беречь себя.

Выслушивать лекции о состоянии здоровья от вампира? Ходячего мертвеца? Забавно! Но в моей жизни все наперекосяк!

– Я и сама знаю. Вот сегодня все закончится – и я отправлюсь домой. Буду долго отмокать в горячей ванне, потом выпью вина, а лучше – водки, и отправлюсь спать в родную кроватку. Как мне этого хочется! До безумия!

Вампир дружески сжал мои пальцы. Прикосновение не несло желания. Это было просто так – как гладят любимую кошку. Успокоить, показать свое одобрение происходящего, расслабиться. В этом прикосновении не было даже намека на секс – и я не стала сопротивляться.

– Я надеюсь, что так все и будет. Ты любишь своих родных?

– Да.

Меня и саму поразило, как много эмоций я смогла вложить в эти два звука. Но так всегда. Настоящие чувства или укладываются в два-три затасканных до дыр слова, либо растягиваются на листы и тома. Люблю ли я свою маму? Своего дедушку? Как описать то чувство, которое у меня есть? Те, кто любят, знают, что это такое. Это – когда для любимых людей готов пойти на пытки и мучительную смерть. Или мучительную жизнь. Когда не жалко даже пройти босиком по огню, лишь бы люди, которых ты любишь, – жили! Пусть даже без тебя. Вадим это понял.

– Мои родители умерли очень давно. Мне их не хватает. Очень не хватает человека, который принял бы тебя таким, какой ты на самом деле. Если бы моя мать узнала, что я стал вампиром, она бы решила, что я проклят. А мой отец попытался бы убить меня. Я ничего не сказал им. Они считали, что их сын пропал без вести."

"Я ничего не сказала. А что тут можно сказать? Что мне очень жаль? А толку от моей жалости! Ноль целых, ноль десятых! Единственное, что мне пришло в голову:

– Я принимаю тебя таким, какой ты есть. Мне безразлично – вампир ты или человек. Мне хотелось бы считать тебя своим другом.

– Фамилиар моего протектора оказывает мне честь, – Вадим улыбнулся в полумраке.

Слова были официальными, а голос – с вопросительной интонацией.

– Просто Юля. Мы же друзья?

– Мы друзья настолько, насколько нам позволят.

Я сверкнула глазами.

– Никто не запретит мне общаться с другом!

– Но могут запретить мне, – заметил вампир.

– Мечислав?

– Он мой протектор и господин.

– Вадим, я хотела бы поговорить с тобой именно об этом.

– Я слушаю?

Я поразилась – как легко от личного мы перешли к деловому.