Это не сон

Мне тут надо кое-куда заскочить… У тебя самой точно все в порядке?

Ответа не последовало.

– Послушай, мне очень жаль, что я так среагировала на Хоббс-лейн. Боже! Я же знаю, что ты хотела как лучше. И ты была права – это не мое дело. Я про то время, которое ты провела с мамой во Франции. Я была полной дурой… – Я сделала паузу, ощущая вину еще и за доппельгангера Эммы в Корнуолле. Как я могла так достать ее своими расспросами? У бедняжки и так было достаточно людей, которые от нее не отставали.

Как раз вчера, как будто всего остального было недостаточно, в ее доме опять появилась детектив-инспектор Мелани Сандерс и целый час донимала вопросами по поводу ее финансов. Как Эмма смогла позволить себе приобрести «Приорат»? Благодаря наследству матери. Натан рассказал все это по телефону Марку и был вне себя. Он даже хотел, чтобы Эмма написала официальную жалобу по поводу издевательств со стороны полиции, но та была настроена скрыть всю эту историю из-за боязни досужих разговоров в Тэдбери. А я никак не могла избавиться от растущего чувства вины – ведь это я уговорила ее сесть в дурацкую палатку. Если б она не сыграла роль гадалки, то не стала бы последним человеком, который видел Джил. Просто не повезло: мы выбрали не то время – опять-таки по моей вине.

– Прошу тебя, Эмма, постарайся успокоиться и жди меня. Договорились?

Разъединившись, я очень медленно сначала встала на колени, а потом выпрямилась, опираясь на край ванны, и посмотрела на себя в зеркало. Бледная. С пятнами на коже. На подбородке зреет прыщ. Я открыла шкафчик и проверила верхнюю полку.

И опять посмотрела на часы.

На полке, один на другом, лежали три набора для определения овуляции[64]. Я отодвинула их в сторону и проверила за ними, где нашла тест на беременность. Перевернув упаковку, посмотрела на сроки годности.

Времени прошло много, так что мне надо было торопиться. Последний раз я пользовалась тестом у Кэролайн, незадолго до того, как рухнул план кулинарии. В тот раз у меня была задержка на две недели, и я, на всякий случай, проверила два раза. Первый результат был положительным – едва заметная синяя полоска, а второй тест ничего не показал. Тест, сделанный уже в клинике, тоже оказался отрицательным. То ли это была ложная тревога, то ли полоска бракованная, то ли – что гораздо хуже – какой-то преждевременный выкидыш, я так никогда и не узнала.

На этот раз я пописала прямо на полоску и закрыла крышку унитаза, чтобы сесть на нее. Я сидела и ждала. И опять смотрела на коврик, напрягая глаза так, что все перед ними поплыло. Когда-то я, принимая ванну, ставила на этот коврик манеж с Беном.

Где он сейчас, этот манеж? В чулане?

«Нет, Софи. Не торопись со своими надеждами…»

А потом опять зазвонил телефон. На экране высветилось имя Хелен.