(Не) Сокровище капитана

"

"Он рассмеялся, негромко и совсем не обидно, но вместо того, чтобы раздеться самому, нырнул под подол моей сорочки, покрывая поцелуями живот. Пальцы его скользнули между моих ног, нащупали точку, прикосновение к которой оказалось таким острым, что я всхлипнула и подалась ему навстречу, но ладонь Генри легла мне на живот, останавливая. Я сжала в кулаках ткань камзола на его плечах, перестав понимать, каким чудом держусь на ногах, перестав чувствовать что-то, кроме прикосновений. Руки Генри то усиливали напор, то ослабляли. И снова возвращались — чтобы за миг до того, как наслаждение накрыло меня, Генри отстранился и начал расстегивать пуговицы своего жилета.

Я всхлипнула.

— Генри, пожалуйста… — Слов не хватало — желание затопило разум, пробегало мелкой дрожью по телу.

Он избавился от одежды в несколько движений.

— Иди сюда, моя хорошая…

Генри усадил меня к себе на колени, придержал, помогая устроиться как надо. Я замерла, прислушиваясь к незнакомым ощущениям. Он притянул меня за затылок, целуя, я прильнула к нему всем телом, вжимаясь там, где сейчас сосредоточилось мое вожделение. Руки Генри подтолкнули меня, подсказывая, что делать, я качнулась, подчиняясь им, еще и еще, а потом ритм подхватил меня, понес за собой, срывая стоны с моих губ, пока наслаждение не разлилось по телу, вырываясь с криком.

Я замерла, обмякнув, прислонилась лбом ко лбу Генри, переводя дыхание, но его руки снова подтолкнули меня — нетерпеливо, настойчиво, и сам он толкнулся снизу, чтобы через несколько движений стиснуть мои бедра, насаживая на себя, и запульсировать внутри.

Не знаю, сколько мы пролежали, нежась в объятьях друг друга, прежде чем на спинку кровати не слетел серебристый ворон.

— Капитан, близится полдень, — сказал он голосом лорда Джеймса прежде, чем исчезнуть.

Генри выругался. Я отодвинулась, стараясь не показывать сожаление. Не хотелось от него отрываться.

— Лежи, — он притянул меня, пристроил мою голову у себя на плече. Сложил ладони, между которыми свилась серебристая перепелка. Удивленно хмыкнул, прежде чем погладить птичку по перьям[1].

— Я занят. И поскольку астролябией с легкостью воспользуется любой образованный человек, предоставляю тебе возможность щегольнуть образованностью и определить, где мы находимся. Она на столе, стол подпирает дверь. Отодвинешь. И передашь боцману курс.

Перепелка выпорхнула в окно. Генри запрокинул голову, покосившись на дверь спальни, та захлопнулась.

— Вот так. — Он довольно улыбнулся, обнимая меня. — Заблокировал. Так на чем мы там остановились?

Его губы накрыли мои, и все вопросы мигом вылетели у меня из головы.

Спустя долгое-долгое время, когда мы снова лежали обнявшись, Генри сказал:

— Ни о чем не беспокойся.