Свадьбы не будет, Светлый! (СИ)

— Лили вела себя непристойно! Без корсета общалась с молодыми людьми! Флиртовала! Распустив волосы! Как… — Ребекка осеклась.

— Возмутительно, — откликнулся Лайтвуд.

— Наш дорогой Сэм не появляется дома, а Бенджамин…

— Кажется, он в порядке.

— Он не в порядке! Разве ты не видишь, что эта темная, как отрава, разъедает нашу семью изнутри! Ты не женишься на ней.

Чудесная женщина. Вот знала я, что в этой семье у меня есть союзник!

— Женюсь, — после паузы уронил Лайтвуд.

— Я не позволяю.

— Боюсь, матушка, из нас двоих я Верховный. К тому же, сам император благословил этот брак. С ним ты тоже поспоришь?

— Поспорю!

— Тогда рекомендую взять с собой нашего Сэмми, он с ним на короткой ноге.

Что?!

— Райан!

Вдруг за спиной Лайтвуда раздался топот.

— Бабушка! — воскликнула Лили, вбегая в гостиную.

Корсет, пучок — все при ней. Правда, вид все равно встрепанный, так что мои усилия явно прошли не зря.

Меня Лили, кажется, даже не заметила.

— Бабушка! Ты не будешь срывать женитьбу папы на Медее! Они любят друг друга!

Да с чего она взяла?..

И вообще — где благодарность этой светлой?

Почему во всей семье — одна только Ребекка по-настоящему на моей стороне?

— Лили! — выдохнула Ребекка. — Ты что, повысила на меня голос?

— Я…

Я по-прежнему стояла за дверями и не видела ни Ребекку, ни Лили, ни Лайтвуда. Но могла бы поклясться, что Лили удушливо покраснела, а Ребекка — схватилась за сердце. Ну, или за глаз. Все-таки у нее и у моей матушки было много общего.

Может, поэтому Ребекка мне так глубоко симпатична? Напоминает о доме, о семье.

— Неудивительно, после такого-то всплеска магии. Наверняка хочется покричать и еще что-нибудь разбить, — откликнулся Лайтвуд. — Ты в самом деле разнесла в щепки скамейку, дочь?

— Я…

— Горжусь. Пойдем покажешь.

— Райан Лайтвуд! Мы не договорили!

— Матушка, любой разговор с тобой — праздник для меня. Продолжим за ужином? Уверен, Медея будет рада присоединиться и тоже поговорить с тобой.

Разумеется!

Опять же, глаз Ребекки требовал моего пристального внимания.

А то вдруг она забудет, что должна чувствовать себя неважно.

Стоит напомнить.

Лайтвуд и Лили, которую он обнимал за плечи, вышли из гостиной, вслед за ними — Ребекка. Увидев меня, она замерла.

— Вы подслушивали, юная леди!

— Разумеется. Я думала, если вы не захотите, чтобы я подслушивала, вы будете говорить потише, — уважительно наклонив голову, произнесла я и направилась к выходу из особняка.

За спиной я услышала, как хмыкнул Лайтвуд и возмущенной змеей зашипела Ребекка.

Мы вышли в сад, тут же подбежавший к Лайтвуду Бенджамин увел его смотреть скамейку, которую разнесла Лили.

А ведь на месте этой скамейке мог бы быть мой братец… и будет! Если все сложится удачно.

Я стояла на крыльце и обдумывала свое будущее. План у меня был — грандиозный.