Этот мир не выдержит меня. Том 1 (СИ)

Уверен, он не понимал, почему это делает, но не мог сопротивляться. Его растерянное подсознание требовало хоть какой-то ясности, и предельно простая команда пришлась как нельзя кстати.

— Ну чего встал? — спросил я. — Ты кому этот букет принёс? Если мне, то давай, дари, не трать моё время.

— Он для Есении, — ответил обалдевший Гвар.

— Она не хочет тебя видеть. Уйди с дороги.

Гвар механически кивнул и отошёл на пару шагов в сторону. Подводка с букетом сработала — выполнив первый приказ, парень не смог противиться следующему. Правда, его покорность вряд ли продлится долго, поэтому не стоит затягивать наше вынужденное общение. И без того времени нет, а ещё нужно раздобыть чёртову сбрую для лошади.

Я обошёл замершую у калитки фигуру по максимально возможной дуге, сохраняя дистанцию. Мало ли, вдруг Гвар всё-таки решит напасть.

Осторожность никогда не бывает лишней — это аксиома. И сейчас она в очередной раз подтвердилась, поскольку парнишка на удивление быстро вернул способность мыслить. Осознав своей не самой сообразительной головой всю несправедливость бытия, он за мгновение перешёл от апатии к ярости.

— Ты чего здесь делал?? — зашипел Гвар, покрывшись красными пятнами и выставив перед собой кулаки. — Ты сорвал бутон, сучонок??

Я на миг замешкался, стараясь понять, о каком бутоне шла речь, а когда сообразил — расхохотался. Мой смех разъярил парня ещё сильнее. Теперь он был полностью уверен, что именно мне достался главный «приз», за которым, судя по рассказам Есении, охотилась значительная часть половозрелого мужского населения деревни.

Гвар по-богатырски замахнулся и попытался ударить меня в лицо, но не сумел. Я скрутил корпус, пропуская кулак над головой, и когда беспощадная инерция увлекла неумелого бойца вперёд, просто слегка подкорректировал траекторию его движения. Конечной точкой маршрута стал невысокий заборчик, в который Гвар влетел носом и лбом. Крепкие доски гулко задрожали, знаменуя окончание схватки.

От удара парнишка присел на корточки и глядел на меня безумными, ошалевшими глазами. Из его носа лилась кровь, стекавшая на подбородок алыми струйками.

Я посмотрел по сторонам — «улица» была совершенно пуста. Ни крестьян, ни детворы, ни даже домашних животных — ни одного свидетеля.

— Значит так, — я вытянул из петли топор, — ты мне надоел.

— И что ты сделаешь? — Гвар пытался храбриться, но дрожащие губы выдавали его с головой. — Убьёшь меня? Так тебя за это всей деревней на части рвать будут!

— Зачем убивать? Хольд мне показал одну точку на черепе... Если по ней ударить как следует, то человек останется жив, но перестанет отличаться от собаки — говорить не сможет и будет только жалобно поскуливать...