Академия (не)красавиц (СИ)

Змеёй метнулась в его сторону, ухватила за ворот, как делала, когда он был на порядок ниже меня, открыла рот, чтобы рявкнуть, что кое–кто слишком много на себя берёт, но почувствовала арку перехода.

— Я вернусь, — пообещал Эйнар.

Спустя полтора месяца

Я сидела на занятии профессора Ожегоффа и дисциплинированно записывала текст лекции сразу в две тетради — левой и правой рукой одновременно. Почерк левой со временем выровнялся и лишь едва заметно отличался, но я изо дня в день маниакально тренировалась. Каждую свободную минуту. Чтобы не думать. Чтобы полностью, на сто процентов, сосредоточиться на казалось бы непосильной задаче. Только вот, навык тренировался стремительно и теперь даже это не помогало.

Вести его тетради было для меня единственным утешением. Ведь Эйнар так и не вернулся в тот злополучный день. А я вынуждена была мило улыбаться гостям и хозяевам поместья. И даже выпущенному спецслужбой из заточения наследнику рода Фойтис, ведь де Луару пока было не до своевольной семейки.

Я ненавидела магические бури. Ненавидела себя за ненормальную любовь к ним. И ежедневно всё больше сходила с ума от волнения и чувства вины.

Девчонки не знали, как поддержать подругу и страшно волновались, когда я превращалась в зомби, как выразилась Полин.

Целый день сидеть на занятиях, делать вид, что принимаю участие в шалостях, поддерживать и лечить студентов и преподавателей в лекарском крыле, улыбаться их шуткам — всё это казалось издевательством над собой и своим горем.

Актёрский дар спасал как никогда. Я держалась и не сдавала позиций весь день, но по вечерам, когда мы возвращались в свою комнату, девчонки наблюдали тень. Зомби–версию Серены де Виль. Безэмоциональную. Бездушную. Неразговорчивую. Замкнутую.

Мира с Катариной день за днём пичкали меня всевозможными зельями, пытаясь хоть как–то расшевелить, но ничего не помогало.

Как назло, Никиас, воодушевившийся совместным выходом в свет, решил пригласить меня на королевский бал в честь открытия турнира, к которому активно готовилась вся академия и мои девчонки в том числе. Все, кроме меня.

Увильнуть было невозможно.

Казалось невозможным.

Но иногда, когда у нас нет сил, сама судьба подбрасывает шанс.

— Серена, тебе выпала первая практика в другом мире! — выпалила Мира, влетая в общую гостиную с конвертом и протягивая его мне. - Я ходила проверять, а там твоё имя! Представьте, девчонки!

Я отложила учебник и протянула руку к конверту. Пальцы вдруг закололо от предвкушения. Там что–то важное! Важное! Может, даже связанное с Эйнаром. Я чувствую! Впервые чувствую что-то, кроме боли, паники, вины.

— Ну же, что там? — волновались подруги.