Академия (не)красавиц (СИ)

— У меня есть чудо–средство из другого мира, оно даже законно ввезённое, так что спокойно возьмёшь с собой. Или я уложу тебе волосы, там дел минут на десять максимум, у меня рука набита. Потренируемся заранее на твоих волосах и всё.

— А макияж? Мы не можем здесь её накрасить, ведь Серене придётся идти через всю территорию Сантора, а это прямое нарушение правил, — напомнила Мира.

— Если вас будет переносить Эйнар, можно попросить сделать это от двери женского общежития, — заметила Бри.

— Скорее всего, мы встретимся в кабинете ректора и уже оттуда перейдём. — Я развела руками.

— Тогда сделаем традиционный вариант «отсутствующего» макияжа, пока Крис будет вить тебе локоны, а ты уже добавишь цвета там, у Фойтисов, если останется время, — решила Таяна. — Хотя твоя главная задача — не поражать всех своей красотой, а разобраться во всём этом безобразии и нас спасти. Информационный вакуум меня нервирует. Папа отчего–то не отвечает на мои вопросы, мама пишет о балах и моде, брат вообще забыл о моём существовании — целый месяц ни ответа, ни привета.

В день икс, как назло, не заладилось абсолютно всё, что только могло не заладиться, мы даже умудрились поспорить с Недди, хотя обычно работали душа в душу. Она настаивала, чтобы я подлечила одну девочку, я же боялась раскрыть дар, особенно в условиях полувоенного положения.

— Ты обязана, Серена! Дар даётся нам свыше не для того, чтобы мы его заперли и позволяли людям страдать. Её исключат, если она не выйдет отсюда здоровой.

— Недди, ты знаешь, мне нельзя! — горячилась я. — Нельзя! Запрещено!

— Святая Эйри! Ну когда ты начнёшь принимать решения, не оглядываясь на родителей? — в сердцах высказалась моя наставница и, бросив на мою только что ею же излеченную ногу полотенце, торопливо выскочила за дверь.

Слова упали на благодатную почву.

Я и без того много думала о том, что не использовать дар — это преступление. Пойти на сделку с совестью ради того, чтобы выжить, не так просто, когда тебя с пелёнок учат дышать ради Арратора и его людей. А для такой правильной девочки, как я, — вдвойне тяжело.

Но вместе с тем, понимала, что деваться некуда. Излечить девушку не проблема, но не «привет» ли это от её величества? Недоверчивая, подозрительная и жестокая фурия запросто может проверить меня дополнительно таким вот образом. Доверять нельзя никому.

Что же касается родителей, а больше даже отца и старшего брата, двух главных интриганов семьи, я действительно жила их идеями и интересами. Я их разделяла. И всегда ставила интересы семьи выше собственных.

Это правильно. Это хорошо. Так должно быть.

И да, я знала, чего хочу. Или вернее: кого. Но ведь нельзя. Нельзя.

Врать нужно и можно. Такова участь аристократии. Мы — винтики огромного, хорошо отлаженного механизма.