Его маленькое (не) счастье

Тошно от самой себя.

Вытираюсь бумажными полотенцами, смотрю на себя в зеркало и зажмуриваюсь. И ведь ничего сверхъестественного не произошло. Парень пригласил в клуб, я согласилась, он угощал коктейлями, я принимала, он прикасался, я не возражала. Логично, что Максим принял это все за руководство к действию. Я позволила.

Маленькая идиотка Алиса влюблена во взрослого мужчину, который ее отталкивает. А там, за дверьми, есть хороший парень. Кто виноват? Алиса… Потому что дура малолетняя.

Выхожу из туалета в надежде вернуться за сумкой и быстро ускользнуть домой. Но Макс стоит рядом, облокачиваясь на стену, с моей сумкой в руках.

— Спасибо, — забираю у него сумку. Уверенно иду к выходу. Максим — за мной.

Боже.

Мне было бы легче, если бы он не пошёл за мной. Обиделся. Возненавидел… Все что угодно. Только не вот это…

Забираю куртку, быстро одеваюсь и буквально выбегаю на улицу. Я могу позвонить водителю, и за мной приедут в течение десяти минут. Но я не хочу, чтобы кто-то видел меня такой заплаканной и жалкой.

— Я довезу, — Макс щёлкает сигнализацией своей машины.

— Нет, ты выпил…

— Тогда такси?

Киваю.

Мы идем к желтым машинам на стоянке. Макс договаривается с водителем, фотографирует номера такси и открывает мне дверь. Похоже, он тоже отрезвел.

— Максим… Ты прости… Я такая дура… Нет, ты хороший парень… Очень… Но… — что-то мямлю.

— Алиса, ты сейчас только еще больше меня унижаешь. Не говори ничего. Я все понял, — с горечью усмехается он. — Напиши, как доедешь.

— Хорошо, — киваю и быстро сажусь в машину. Такси срывается с места. Оглядываюсь, а Макс так и стоит на стоянке, прикуривая сигарету. Не знала, что он курит.

Всю дорогу тихо рыдаю в руку и ругаю себя. Я так запуталась, что даже не могу справиться с собой и понять, чего хочу. Мужчина, которого я люблю, отталкивает меня, а парня, который неравнодушен ко мне, отталкиваю я.

Очень надеялась тихо проскочить в дом и дойти незамеченной до комнаты. И у меня почти получилось… Если бы не Арон, который неожиданно вышел мне навстречу.

— Поздно… — констатирует он. Киваю. Хочу его обойти, но мужчина преграждает мне дорогу. — И как клуб?

— Откуда ты знаешь, где я была? — стараюсь не смотреть на него.

— Я все знаю. А что с лицом? Плакала?! — уже серьезно спрашивает он. — Кто тебя обидел? — голос становится жестким. Он всегда такой. Его настроение может меняться в секунды. Особенно если дело касается семьи.

— Да я сама себя обидела… Можно я пройду в комнату и переживу это в одиночестве?

— Натворила глупостей? — прищуривается.

— Почти, — выдыхаю, облокачиваясь на стену.

— Ох, отшлёпал бы я тебя на месте Платона, — ухмыляется.

— В том-то и дело, что ему все равно.

— Ошибаешься, — Арон пропускает меня, и я спешу запереться в комнате.