Не родные

Да, Самсонов ведёт себя немного грубо, но это же его привычная манера общения. Не потому, что я пригласила в дом не пойми кого и перебрала с алкоголем. Я попрошу прощения, возможно…

Кирилл возвращается на кухню через несколько минут. Садится за стол, тут же приступает к завтраку. Я пожарила ему три яйца и добавила туда немного сыра. Не знаю, для почти двухметрового мужчины это нормально или мало?

— Садись, Вита, я не кусаюсь, — кивает он на стул напротив.

Хочу сказать, что очень в этом сомневаюсь, но тут же прикусываю язык. Я занимаю место за столом, беру в руки приборы. Надо всего лишь завести разговор. Убедить Кирилла, что подобное было в первый и последний раз. Он поверит и уедет. Правда же?

— Как себя чувствуешь? — спрашивает Самсонов, почти расправившись с едой, в то время как я ещё даже не приступила.

— Нормально. Голова немного болит, но это из-за погоды.

— Уверяю, нет, — чеканит он ледяным тоном.

При этом хмурится и складывает руки на груди. Господи, как же с ним нелегко! Ощущение такое, будто я набрала полные лёгкие воздуха и никак не могу выдохнуть.

— Кирилл, я понятия не имею, с чего ты взял, что я принимала наркотики… На вечеринке был алкоголь, да. Я не спорю с этим…

— Послушай, по роду деятельности мне долгое время приходилось общаться с разными людьми. Кажется, об этой дряни я знаю всё. Думаешь, я совсем дебил? Не знаю, как выглядит человек, который закинулся?

— Я тебе верю, но среди нашей компании никто бы не стал… И тем более я…

— Собирайся, — внезапно произносит Кирилл, ударив ладонями по столу и заставив меня непонимающе моргнуть.

— К-куда?

— Поедем в лабораторию. В твоём организме наверняка всё ещё остались следы. Можно сдать мочу или кровь, и всё станет ясно.

— Я никуда не поеду… — моментально вспыхиваю в ответ. — Не поеду, слышишь?

Резко встав с места, подхожу к окну. Неужели Кирилл прав? Каким-то образом мне в организм попали наркотики. Чёрт, не уверена, что хочу это знать! В лаборатории придётся краснеть и видеть полные презрения взгляды. Я этого не вынесу…

— Подобного больше не будет, клянусь, — говорю, по-прежнему глядя в окно.

— Конечно не будет, — отвечает он. — Теперь я буду лично контролировать каждый твой шаг.

— В каком смысле? — удивлённо спрашиваю я, повернувшись к нему лицом.

— Я буду жить в этом доме. Никаких тусовок, вечеринок и прочей ерунды. Отныне твоя банковская карта заблокирована. Ты осталась в Москве, потому что хотела учиться? Так учись! Я дал обещание отцу присматривать за тобой и оплачивать обучение в вузе. Не хочу, чтобы его деньги сливали в выгребную яму.

Кирилл сидит за столом, упираясь в него локтями. Карие глаза смотрят на меня в упор. Чужой взрослый мужчина. Бородатый, угрюмый и грубый.