Не провоцируй, белочка!

Я уважаю чужие традиции и вероисповедания, но мне претит, что в некоторых странах и семьях, женщина до сих пор рассматривается, как товар. — его глаза сузились, мышцы лица напрялись. Догадался, что я в курсе их семейных дел.

- Надеюсь, это камень не в мой огород? Потому что вы очень далеки от истины. Я не поддерживаю свободолюбия у нынешней молодежи: вечные вечеринки, запрещенные вещества, алкоголь, неразборчивые половые связи. К сожалению, моя сестра находит в таком образе жизни удовольствие. Я как старший брат не мог допустить, чтобы Белла испортила себе жизнь, поэтому подыскал ей достойную партию. Белла не противилась этим отношениям, она даже проявляла инициативу. Не знаю, что произошло, но сестра сбежала с помолвки. Все это время я не находил себе места, искал ее, переживал, не спал ночами. Это не первый ее бунт. Я хочу вернуть Беллу в семью и во всем разобраться. Может, ей нужна помощь специалиста. — послушаешь, заботливый старший брат. Но я то видел наполненные страхом глаза Беллы. Если кому-то и нужен психиатр, то точно не Белле.

— Я вас услышал. Нареканий к работе вашей сестры у меня нет. Она прекрасно справляется со своими обязанностями. — я не сводил со Степана внимательного взгляда, мужчине не понравились мои слова. — Увольнять ее нет причин. Да и не желаю я терять такого хорошего повара.

— Я заплачу любую неустойку, в пределах разумного конечно. — сделал он неправильные выводы.

— Вы не дослушали. Если Белла в моем присутствии изъявит желание уйти с вами, я не стану задерживать, если же она пожелает остаться, ваша сестра продолжит работу. — глаза мужчины загорелись бешенством. Всего миг он не владел собой, но этого хватило, чтобы окончательно понять, кто есть кто.

— Я хочу поговорить с ней наедине.

— Нет. Только в моем присутствии.

— Ваша сестра вас боится. — о том, что об этом узнал кто-то посторонний его вновь разозлило. — Или вы говорите в моем присутствии или мы прощаемся.

— Позовите Беллу, — сквозь зубы процедил Степан.

Я не хотела туда идти. Сердце выскакивало из груди, дышать было трудно. Я знала Степана лучше всех, он не будет при посторонних мне угрожать, постарается уговорить пойти с ним. И только я буду понимать, что за его холодной вежливостью прячется лютая ярость. Мой отказ он воспримет, как еще одно предательство, еще одно унижение.

Таким людям как мой брат нельзя показывать страх. Степан растопчет меня, если поймет, насколько сильно я его боюсь. Набрав побольше воздуха в легкие я направилась в кабинет. Только бы мой организм не подвел, не хватало, чтобы я в присутствие брата потерять сознание.

Я почти смело вошла в кабинет. Мне нужен был ориентир, за который я могла бы цепляться, чтобы не поддаваться страху и оставаться в сознании. Ренат стал моим маяком.