(не) полюби дьявола

Открыв одну из них, на коридор вырвался столб огня, заставив его отскочить назад.

В начале коридора, в одной из комнат, опять что-то с треском упало…

Пожалуйста… Боже, помоги мне ее найти. Я готов отдать все за нее.

В конце коридора, еще не объятого огнем, раздался жалобный писк. И Дэймон, больше не думая ни о чем, помчался туда.

В его мыслях и на его губах было только ее имя.

Подлетев к комнате, Хант открыл с ноги дверь.

Но Виктории там не было.

Посреди комнаты на стуле сидел Винсент Скроуп.

Он усмехался и держал направленный на Дэймона пистолет.

— Где она? — взревел герцог, приближаясь к врагу. В глазах его была такая ярость, что ее было нельзя спутать ни с чем.

— Ищешь свою маленькую красотку? А ее-то тут нет, — хохотнул он. — Боже! Как ты предсказуем! — Скроуп поднялся со стула, продолжая целиться в герцога. — Что любовь делает с людьми! Правда, Хант? Мы сходим от них с ума. Женщины лишают нас разума. Чудесная комната, не правда ли? Тут жила моя любимая. Думаешь, мне было легко узнать о смерти Грейс?

— Где Тори? — закричал Дэймон, продолжая наступать на противника.

— Тори, Тори… — протянул Винсент. — Она слишком напоминает мне ЕЁ. Все эти брюнетки были похожи на Грейс лишь внешне… Но стоило мне получить доступ к их телу, как я понимал, что в них нет и капли сходства. Может поэтому они и поплатились своей жизнью, — он пожал плечами и улыбнулся. — А Виктория — это мой второй шанс. Моя Грейс. Ее тело безупречно.

От этих слов Хант зарычал.

Твою мать! Да он больной! Это и есть маньяк, который несколько лет держит в страхе весь Лондон!

Герцог чувствовал, что огонь подбирается и к этому коридору. Дышать было нечем. Абсолютно. Каждый вдох, казалось, был последним.

Нет, я не дам тебе причинить ей боль. Не позволю. Уж лучше умру. Но я заберу и тебя вместе с собой.

— Я буду брать ее жестко до тех пор, пока она не скажет «да», — Винсент словно дразнил его. — Она будет кричать. Молить о пощаде. Молить о своей смерти. И я буду наслаждаться каждым ее криком…

— Почему? — спросил Хант, пытаясь заговорить этого сумасшедшего.

Глаза лихорадочно искали, что можно использовать вместо оружия. И не находили ничего.

— Потому что так кричала твоя сестренка! Я брал ее… Раз за разом… И она наслаждалась этим! Я любил ее! Любил! И не хотел никому отдавать!

— Она не любила тебя, — Дэймон медленно приближался к Винсенту. Ему было наплевать на оружие. Наплевать на все. Он оторвет ему голову голыми руками.

— Любила! Любила! — его глаза были безумными, сумасшедшими. — Любила! Но ты не позволил ей быть со мной!

— Она любила другого.

— Нет! — заорал Скроуп и закрыл руками уши. Он не хотел слышать этого. Не хотел! — Она любила меня!

— Это из-за тебя она покончила с собой! — закричал Дэймон. Расстояние между ними все уменьшалось.