Не подарочки для полковника. Воронцовы (СИ)

Внутри себя чувствую не органы, а полыхающий огонь.

Понимаю, что хочу обладать Полинкой. Желание просачивается через меня, проникает глубоко в сознание.

— Ой, Михаил Васильевич, кажется, вы выздоровели! — медсестра придвигает ко мне штатив с капельницей. Хихикает.

Гляжу на ширинку пижамных брюк. Краснею как девица на выданье.

— Укладываемся, — сестричка рисует на своем лице серьезную маску.

Принимаю горизонтальное положение, протягиваю руку.

Терпеть не могу все эти больничные «дела». Не люблю болеть, лечиться. Мне нравится чувствовать себя хозяином своей жизни.

Но есть одно «но». В эти не очень счастливые дни вокруг меня собирается вся семья, и у нас есть время для простого человеческого общения.

— Ваша мама звонила, пока вы спали, — сообщает Нина.

— Вот как? И?

— Не беспокойтесь, родные приедут к вам вечером. Вся семья отправилась на соревнования к вашему сыну! Невеста тоже.

«Невеста тоже», «к вашему сыну», — слова звучат как шутка, розыгрыш."

"Еще неделю назад я был свободен, а сейчас у меня есть всё то, о чем точно не мечтал.

— Соревнования? — произношу вслух задумчиво, оторопело гляжу на пухленькую рыжую Нину. Похоже, сейчас она знает о моей семье больше, чем я.

— У вашего сына сегодня первый бой.

— Ух ты! — что-то припоминаю из вчерашнего рассказа матери. Леша приехал в Москву на соревнование по тхэквандо.

— Я пойду.

— Идите, Ниночка. Позову, когда капельница закончится.

Остаюсь в палате один на один с флаконом лекарства, гляжу в потолок.

— Ведьма Сима вчера даже не зашла попрощаться! — Обида проникает в меня глубоко, стремительно сжигая все мосты к примирению.

Осторожно ощупываю собственную душу невидимым зрением. Нахожу замшелый кусочек в самом глухом темном углу, тащу аккуратно хрупкий осколок фантомными пальцами.

— Мне так не хватает Серафимы! — рыдает полупьяный дембель, жалуясь на гражданке отцу.

— Сынок, значит, она не твоя! Забудь ее! — приказывает жестко.

Следую совету отца, держу эмоции в узде. Прячусь в работе. Помогает.

Я смог! Забыл, стер, вымарал из памяти ее образ.

Но так и не нашел ей замену за десять долгих лет.

Сейчас она появляется в моей жизни с двумя подарочками — моими собственными сыновьями. Немыслимо! Нереально!

— Здрасьте, полковник. Я вас немного обманула. Примите, поймите, простите.

Как же у женщин всё просто. Фима намерена переписать историю, вымарав все черные пятна из наших отношений одним приказом.

Какой у меня выбор?

На одной чаше весов — сыновья, на другой — наши с ней невозможные отношения.

Я ей не верю, а без доверия ни о каких связях речи не может быть.

Забрать детей? Им уже десять, они могут решать с кем жить самостоятельно.

Перед глазами тут же встает картинка — Полина на перилах и пропасть под ее ступнями.