Не подарочки для полковника. Воронцовы (СИ)

Мы еще не сходили на рыбалку, не покатались на машинках, не погоняли на великах, не порубились в шахматы.

— Смотри, какой список! Леха достает из кармана бумагу, долго ее разворачивает, пока у него в руках не оказывается лист формата А4, испещренный крупным детским почерком. Здесь список того, что мы должны с тобой вместе сделать!

— С чего вы взяли, что я собрался на тот свет? Я абсолютно здоров! МРТ показало, что травмы головы нет. Скоро выпишут, — Миша поднимает крепкую руку и гладит пацанов по светло — русым головам.

— Может, расскажешь, как так вышло?! — голос Миши теряет свою нежность, приобретает металлические нотки. — Что я не знал про детей десять лет?

Не сразу понимаем, что он обращается к Серафиме, спрятавшейся за широкой Машкиной спиной.

— Машуля, радость моя, забери племянников. Погуляйте!

— Мы хотим остаться! — «двое из ларца» спорят с отцовским решением.

— Нет! — отрезает Миша.

С удивлением гляжу, близнецы топают на выход. Уже хорошо. Слово любимого батяни для них непререкаемо.

Мария неохотно следует за ребятней. Гляжу ей вслед. Какая же эта Покровская интересная особа. Надо познакомиться с ней поближе.

— Здесь все свои. Фима, я тебя слушаю, — Миша явно прессует женщину.

И мне нравится этот факт.

Я очень боялась, что он будет с ней нежен и добр, а он груб. Значит, обижен на нее, зол, и она ему нисколечки не нравится! Серафима очень красивая породистая женщина, но я лучше.

Мать Миши — Полина неожиданно поворачивает ко мне голову с крашенными рыжими волосами, глядит изучающе.

— Милочка, если вы не мать детей, тогда, кто вы такая?!

— Соседка, — мнусь, кусаю губы, — невеста Миши… — скашиваю глаза на «жениха».

— Вот как?! — выдает удивленно сосед.

— Именно так, — жмусь к нему поближе."

"— Видишь, здесь все свои! Не томи, Фима, расскажи нам правду. Ты же понимаешь, что не получится жить как раньше. Дети мои, и с этим надо что-то делать…

Глава 22

Полина

— Серафима, я жду! — Миша задерживает на бывшей долгий взгляд, замолкает.

В комнату входит врач и та самая медсестра, которая угрожала нам.

— Так! Кто разрешил устраивать совещание? — осматривает нас тяжелым взглядом. — Все шагом марш. Мать может остаться, а жены и любовницы устраивают разборки в другом месте. На втором этаже есть хорошее кафе.

— Ну вот! На самом интересном месте! — досадливо цедит Михаил.

— Мишенька, спи, — мать целует сына в щеку, втроем уходим в кафе, куда нас послали.

— Мы вас внимательно слушаем Серафима, — Полина Воронцова первой начинает неприятный разговор, едва мы занимаем места.

— Вышла замуж по большой любви за Григория сразу после медицинского. Доченьку хотела, во сне видела ее синие глазки. Муж после радиации был, по долгу службы устранял последствия на одной из станций. Не мог.