Тройняшки не по плану. Идеальный генофонд

Трое…

— Они все твои? — недоверчиво уточняю я, когда мы с Агатой из машины выходим. — Дети? — уточняю заторможенно. Сложно поверить, что такая молодая девчонка трижды рожала.

— Нет, украла, — фыркает ехидно. И в тоне обида проскальзывает. — Что за дурацкий вопрос?

— Прости, но они… — развожу руками, однако не могу сформулировать мысль.

— Тройняшки, Адам, они родились в один день, — хохочет надо мной чертовка, а сама распахивает дверь и наклоняется к автокреслу, ослабляя ремни.

Задумчиво стою позади, непроизвольно уставившись на упругую попку, а в затуманенном похотью мозгу начинают шестеренки крутится.

— В какой день? — бросаю отрывисто. — Дата их рождения? Возраст?"

"И машинально принимаю Макса, которого Агата из салона первым вытаскивает. Аккуратно к себе прижимаю, на землю ставлю и, несмотря на его протесты, крепко за руку держу. Беспокоюсь, чтобы на дорогу не выбежал. Забочусь. Как будто он мой. Сын.

Глава 9

Агата

— У нас уже был день рождения, — охотно отзывается Ксюша, вслед за братом показываясь из машины. — Нам пять лет исполнилось, — задорно соскакивает с подножки и балансирует на бордюре, расправляя руки, как крылья.

Шумно наполняет легкие воздухом, чтобы продолжить выдавать всю информацию, которой только владеет, и внезапно срывается в бег, направляясь к Адаму.

Ловим малышку одновременно. За обе ручки. Будто привычное действие совершаем. А потом встречаемся взглядами.

И откуда у Туманова такая реакция? Почти отцовская… Может, я не права, и он готов к родительству?

— Пять… — эхом тянет.

Продолжает что-то крутить в голове, но при этом крепко держит Ксюшу, а свободной рукой ладошку Макса сжимает. О чем думает этот странный мужчина? Почему интересуется моими детьми? Его подозрительное поведение и каверзные вопросы заставляют меня нервничать.

— Ксюша, возьми брата за руку, как вы всегда делаете, и не отпускай. Стойте на месте, — строго приказываю. И дочь слушается. У нас все отработано, иначе я бы давно детей растеряла. Вот только Адам смуту вносит в наш «отряд». При нем чертенята начинают вести себя необычно и совершают ошибки. Например, как Василиса, которую я хмуро освобождаю из автокресла, все еще недовольная ее выходкой с портмоне. Дочка смотрит на меня виновато и превращается в саму покорность. Но это временно.

— А когда день рождения? — не унимается Туманов, пока я ставлю машину на сигнализацию.

— Двадцать девятого февраля, — выпаливает Васька, с преданностью в глаза ему заглядывая. Что творится с ней?

Адам отрицательно головой качает, отметая какую-то, лишь ему понятную, версию. С тоской косится на Макса. Переводит сине-карий взгляд на близняшек.

И в этот момент на меня снисходит разрушительное озарение. Да этот сноб моих детей себе присмотрел! Точнее, сына.