Не первый раз замужем

Однажды, выйдя на дорогу, он даже пробовал поймать машину. Естественно, ни одна из них даже не притормозила, видя столь экзотическую фигуру, не то чтобы остановиться. Через неделю, к огромной радости Никиты, появился бородач и пообещал помочь ему добраться до Парижа и попасть в российское консульство. Частично он исполнил свое обещание, но – только частично. Когда автобус наконец привез их на автостанцию Парижа, уже было темно, но он успокоил Никиту тем, что консульство работает круглосуточно. Он привел Никиту на какую-то улицу и попросил подождать, пока он вернется. Никита прождал уже пятнадцать минут, как подъехала полицейская машина и его, ничего не понимающего, запихнули внутрь, предварительно нацепив на запястья наручники. Вот таким, на его взгляд, совершенно несправедливым образом он и оказался в этой камере временного содержания.

Никита вышел из камеры вслед за переводчиком и пошел по длинному коридору. Коридор был длинным, по обе его стороны шел ряд таких же дверей, за которой он провел почти две бесконечно долгие недели. Уже в конце коридора он оглянулся и посмотрел на эти двери. Они были из толстого металла, с одним окошечком, которое открывалось, когда приносили еду или когда дежурный ажан хотел посмотреть, чем занимается заключенный. Никите повезло: он сидел в одиночной камере, и ему не пришлось соприкоснуться с другими заключенными. Он видел их только на прогулках, но никогда ни с кем не вступал в беседу, да и они не жаждали общения с ним. Правда, за некоторым исключением. Он боялся до нервного ступора, что его переведут в общую камеру, потому что на прогулках видел, кто там сидит. Один здоровенный негр, двух с лишним метров ростом, как-то уж очень странно всегда посматривал на Никиту. А один раз показал ему такое движение своим языком, что сразу все стало ясно о его намерениях. В другой раз негр подошел к нему и грубо схватил за задницу, так что Никиту буквально парализовало от неожиданности и страха. Как следует ощупав его ягодицы, негр причмокнул языком и подмигнул побледневшему как смерть Никите. Тот чуть не упал в обморок от ужаса, только представив, что с ним может произойти, если он попадет в одну камеру с этим черным амбалом. Ему не раз приходилось видеть фильмы с подобными ситуациями. Тогда он даже в кошмарном сне не мог себе представить, что подобная история может произойти в его жизни, где главным участником придется быть ему самому. После этого случая Никита две ночи подряд вскакивал по ночам от диких сновидений, а на третий день, не выдержав, попросился на прием к начальнику тюрьмы. Сидя в его кабинете, он слезно просил, чтобы его ни в коем случае не переводили в общую камеру, а оставили в одиночке.